Авторизация


На главнуюКарта сайтаДобавить в избранноеОбратная связьФотоВидеоАрхив  

Портрет генерала-лейтенанта Якова Петровича Бакланова (фрагмент). 1912 г.
Источник: Яндекс картинки
14:56 / 27.03.2021

"Якши, Боклю!.. Малодэц, Боклю!.."
Известный среди горцев стрелок Джанем, посланный Шамилем, поклялся уложить ненавистного «Боклю» с первого выстрела. Бакланов и Джанем встретились у реки Мичик. Горец замешкался и дважды промахнулся, а Бакланов, не спешиваясь с лошади и не теряя привычного самообладания, уложил своего противника метким выстрелом между глаз

«Донской Суворов», «Неистовый Боклю», «Батман-клыч», «Гроза Чечни» — такие прозвища по праву заслужил от русских и горцев легендарный казак, русский генерал, герой Кавказской войны Яков Петрович Бакланов.

Он служил Отечеству 42 года, провёл в боях более 30 лет, много раз был ранен. Снискал себе великую славу, при жизни став героем множества легенд и народных песен, дошедших до наших дней.

Родился Яков Петрович 15 (27 по новому стилю) марта 1809 года в станице Гугнинской Области Войска Донского в славной казачьей семье. От деда своего, «пеглевана (богатырь тюркск.) Бакланова», будущий кавказский герой унаследовал силу и отвагу предков.

Деда, могучего казака, долго помнили закубанские черкесы. Отец, Пётр Дмитриевич, храбро воевал с Наполеоном и турками, выслужил чин хорунжего, а затем и казачьего полковника.

Первый офицерский чин предоставил Бакланову-старшему права потомственного дворянства, и формально Яков Петрович уже при рождении принадлежал к благородному сословию.

Юный Яшка Бакланов в три года ездил по двору на коне, в пять уже скакал по улицам станицы.

Отец Бакланова, вернувшись с войны 1812 года домой, после непродолжительного отдыха отправился с полком в Бессарабию, взяв с собой восьмилетнего сына, чтобы «приучить с сызмальства к суровым условиям казацкой походной жизни».

В 15-летнем возрасте Яков поступил урядником на службу в казачий полк под командованием своего отца. Вскоре началась война с Турцией 1828—1829 годов, где Бакланов, уже хорунжий, проявлял отчаянную, безрассудную храбрость.

«Лекарство» от неё — отцовская нагайка, должного воздействия не имела...

Возле города Бургаса турецкая пуля убила под ним лошадь. Во время штурма крепости Браилов Яков Бакланов единственный остался в живых из группы нападавших: его товарищи подорвались на мине.

За совершенные подвиги Бакланов был удостоен своих первых наград: ордена св. Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» и 3-й степени с бантом.

Впервые на Кавказ Бакланов попал в 1834 году. Был назначен сотником в кордонный казачий отряд на Кубани под командованием крайне жесткого легендарного генерала Засса Г.Х.

Прослужив под его началом более трёх лет, Бакланов с благоговением относился к своему командиру до конца дней, считал его своим учителем и эталоном кавказского офицера.

Наука Засса и почти ежедневные стычки с горцами скоро принесли Бакланову славу отчаянного храбреца и головореза, чьим именем, как и именем его наставника, горцы пугали своих детей.

Горячий и безрассудный Яков порой совершал чудеса храбрости. Война не терпит сантиментов: жесткие, подчас кровавые методы борьбы принесли Бакланову восхищение и уважение горцев, всегда почитавших храбрость и отвагу.

Особую славу молодой казак приобрёл после стычки с черкесами летом 1836 года. Отбив за день несколько атак, Бакланов совершил дерзкий и отчаянный поступок, прибегнув к психологическому фактору.

Он убедил казаков своей сотни, что раскаты грома начинающегося дождя это гром пушек подмоги, идущей на выручку. В результате чего отряд врезался в гущу отходивших после очередной атаки черкесов и наголову разгромил их.

Получив в командование полк, Бакланов быстро привёл его в образцовое состояние, перейдя от обороны к решительным и энергичным наступательным действиям. Баклановский полк, обученный сапёрному и артиллерийскому делу, стал лучшим на Кавказе.

Казаки его носили в основном трофейное обмундирование и оружие, по виду своему не отличаясь от горцев. Следуя системе своего наставника Засса, Яков Петрович создал сеть агентов из числа местного населения. Они сообщали ему о планах Шамиля.

Недюжинная сила и выносливость позволяли Бакланову переносить все недуги и полученные ранения на ногах. Отчего у горцев создалось впечатление, что «шайтан Боклю» заговорённый, что его не берёт обычная пуля.

Некоторые суеверные считали, что Боклю поддерживает нечистый и убить его можно лишь серебряной пулей. Его имя произносили шёпотом и панически его боялись.

В мифах и легендах, сложенных на Кавказе, прославлялся страшный Баклановский удар , рассекавший врага от плеча до седла.

Да и внешний вид казака-богатыря наводил суеверный страх на горцев. Богатырского телосложения, почти двухметрового роста, с синеватым лицом, изрытым оспой, с кустистыми бровями, огромнейшим носом и длиннейшими усами, переходившими в бакенбарды, Бакланов был страшен в бою.

Выезжал он обычно одетым не по форме: летом — в красную, не стеснявшую движений кумачовую рубаху, зимой — в бурку или огромный тулуп с меховой шапкой. Но иногда случалось ему выскакивать по тревоге и в одном нательном белье.

По манере поведения он ничуть не отличался от своих врагов, горцев. Так же, как Хаджи-Мурад и иные бесшабашные мюриды и наибы Шамиля, был отчаянно храбр и до безумия отважен. Можно сказать, он был, как никто иной со стороны русской армии, на своём месте.

Боролся с врагом на равных. Прекрасно зная обычаи и суеверия горцев, Бакланов сам всячески поддерживал все фантастические слухи о своей персоне.

Однажды он до смерти напугал делегацию чеченских стариков, встретив их в тулупе, вывернутом мехом наизнанку, и с лицом, вымазанным сажей.

Известный среди горцев стрелок Джанем, посланный Шамилем, поклялся уложить ненавистного «Боклю» с первого выстрела. Более опытные горцы ехидно посмеивались — слава о русском командире шла очень недобрая.

Бакланов и Джанем встретились у реки Мичик. Горец замешкался и дважды промахнулся, а Бакланов, не спешиваясь с лошади и не теряя привычного самообладания, уложил своего противника метким выстрелом между глаз.

Когда Бакланов, повернув лошадь, начал спускаться с холма, в русских войсках загремело ура! Чеченцы, махая папахами, выскочили на завалы, били в ладони и оглашали воздух неистовым: «Якши, Боклю!.. Малодэц, Боклю!..».

Так у горцев родилась знаменитая поговорка: «Не хочешь ли убить Бакланова?».

Обычно этими словами «ставили на место» безнадёжных хвастунов. Бакланов за свою жизнь получил не менее десяти ранений, в том числе и тяжёлых, но убить его смогло лишь безжалостное время.

Личным знаменем Бакланова, наводившим на горцев ужас, стало чёрное шелковое полотнище, на котором была изображена голова Адама, перекрещённые кости и круговая надпись из Символа Веры «Чаю воскресения мёртвых и жизни будущего века. Аминь».

Казакам знамя напоминало о вечной жизни, а горцев ввергало в панический страх.

Кавказское начальство было в восторге от результатов, достигнутых полком Бакланова. «Партизанщина» доблестного казака была высоко оценена командованием.

За короткий срок Бакланов был произведён в полковники, награждён орденом св. Анны 2-й степени и золотой шашкой с надписью «За храбрость». Наместник Кавказа граф Воронцов летом 1849 года объявил «Грозному Боклю» за заслуги на линии «особую благодарность».

И когда в 1850 года закончился срок службы Бакланова на Кавказе, граф Воронцов обратился к императору с личной просьбой оставить командира казачьего полка на второй срок.

Николай Первый удовлетворил ходатайство наместника и назначил Бакланова командиром пришедшего с Дона 17-го полка.

Некоторые офицеры и казаки из прежнего полка Бакланова, не желая расставаться с любимым командиром, попросились в 17-й полк, который вскоре превратился в образцовый.

В 1857 году Бакланову поручена должность походного атамана. В 1859 году Яков Петрович становится полным кавалером орденов святой Анны всех степеней и в следующем же году производится в генерал-лейтенанты.

С 1861 года Бакланов — окружной генерал 2-го округа Донского казачьего войска, а в 1863 году направлен в Вильно, под начало генерала от инфантерии М. Муравьева.

В 1863 году территория современной Польши, а также западной части Белоруссии и Литвы была охвачена антироссийским восстанием.

Для подавления польского восстания царское правительство направило на запад империи внушительные войска. Генерал-лейтенант Бакланов, всю жизнь воевавший с кавказскими горцами, здесь оказался немного не в своей стихии.

Вопреки слухам о безудержной жестокости и зверствах по отношению к врагам своим и отечества, Бакланов в Польше действовал сурово, но без жестокости, в отличие от Муравьева, получившего прозвище «вешатель».

Один раз Бакланов даже вошёл в конфликт с командующим из-за проявления милосердия. «Ваше превосходительство, — оправдывался он, — я прислан сюда не мстить, а умиротворять».

В своей докладной на имя Муравьева Бакланов писал: «В помыслах моих было ослабить в районе моего отдела толки о русской свирепости».

Польская кампания стала знаковой для Якова Петровича. За участие в ней он получил свою последнюю награду — орден святого Владимира 2-й степени.

Из-за болезни зимой 1864 года Яков Петрович возвратился домой, решив отдохнуть и полечиться. Летом того же года в его доме в Новочеркасске случился пожар. В огне сгорели все его имущество и все бумаги.

В 1867 году Бакланов вышел в отставку и поселился в Петербурге. Всю свою генеральскую пенсию он жертвовал увечным воинам и нищим.

В 1873 году после продолжительной и тяжёлой болезни Яков Петрович Бакланов, прославленный генерал-казак, умер на шестьдесят четвёртом году жизни. Умер в бедности.

Похороны его состоялись на кладбище петербургского Девичьего монастыря за счёт Донского казачьего войска. Через пять лет на собранные деньги над могилой героя был возведён памятник, изображающий скалу с брошенными на неё буркой и папахой.

Из-под папахи виднелся знаменитый Баклановский знак. В 1911 году прах легендарного героя-казака вместе с памятником был перевезён на родину и перезахоронен в Новочеркасске, рядом с героями России Платовым, Орловым-Денисовым, Ефремовым.

В донской казачьей истории были генералы, занимавшие более высокие посты и участвовавшие в более крупных и грандиозных сражениях. Однако Бакланов остался в истории Дона и России фигурой мощной, значимой и яркой.

Его популярность среди донских казаков уступает разве что его кумиру — Платову. Объяснение этому простое. Донцы именно с Баклановым почувствовали себя равными со слывшими до той поры грозными и неукротимыми кавказскими племенами.

В казачьей столице Новочеркасске до двадцатых годов двадцатого века имелся Баклановский проспект. Родная станица Якова Петровича была переименована в станицу Баклановскую.

Легендарный 17-й казачий полк носил его имя и имел своим значком известный чёрный флаг с черепом и костями.

Горцы к Бакланову, невзирая на то, что они стояли по разные стороны в той войне, относились с уважением и пониманием, высоко ценя воинскую доблесть и отвагу.

Этими качествами Бакланов превосходил своих врагов. Не зря имаму Шамилю приписывают слова, сказанные им своим мюридам: «Если бы вы боялись Аллаха так же, как и Бакланова, давно были бы святыми».

При большевиках память о герое Кавказской войны постарались стереть, как и о многих других героях России, не вписывающихся в доктрину мирового интернационального братства.

В 1930-е годы памятник Якову Петровичу подвергся частичному разрушению. С него содрали бурку, папаху, шашку и бронзовый череп со скрещёнными костями. Только в 1996 году монумент восстановили в первоначальном виде.

Сегодня памятники Бакланову украшают Новочеркасск и Волгодонск.



Комментарии:

Для добавления комментария необходима авторизация.