Авторизация


На главнуюКарта сайтаДобавить в избранноеОбратная связьФотоВидеоАрхив  

Прима-балерина Пермского театра оперы и балета Наталья Осипова
Источник: Яндекс картинки
12:09 / 25.01.2018

Наталья Осипова: «Танец делает меня счастливой»
В коллективе я немножко сама по себе, этакий отдельный человек. Прихожу, занимаюсь своими репетициями и спектаклями. Своими драматическими ролями очень увлечена, репертуар мне интересен, каждый сезон дает новые работы. Мне хорошо и комфортно, но я не исключаю возможности, что рвану еще куда-нибудь

В Государственном Кремлевском дворце 1 февраля завершается марафон рождественских сказок. Пермский театр оперы и балета имени Чайковского покажет премьеру «Щелкунчика», поставленного накануне новогодних праздников главным балетмейстером театра Алексеем Мирошниченко. В роли Мари — любимица москвичей, мировая звезда Наталья Осипова.

Когда-то она упорхнула из Большого театра, ненадолго задержалась в Михайловском, четыре года назад стала примой «Ковент-Гарден», а с начала нынешнего сезона является прима-балериной еще и Пермской Оперы.

В Москве долгожданная гостья пробудет недолго — сразу после спектакля отправится в Петербург, где 16 февраля в Мариинском театре впервые станцует в спектакле Юрия Григоровича «Легенда о любви». Мы расспросили балерину о новых спектаклях, ближайших планах, партнерах и увлечениях.

- Давно Вы не появлялись в Москве, а она Вас так любит.

Не потому, что не хочу, желание-то большое, соскучилась. Но сейчас мое место жизни и работы — Лондон, подчиняюсь жесткому графику репетиций Королевского балета.

К сожалению, практически ни разу расписание не совпало с возможностью подготовиться и станцевать полноценный спектакль в Москве. Наконец-то сложилось — и счастливо: я оказалась свободна в первой половине февраля. Так что приглашение выступить в родном городе восприняла с огромной радостью.

- Новый «Щелкунчик» Пермского театра Вы станцуете впервые. Уральские зрители немного обиделись, что Вы не участвовали в премьерных показах.

Мне жаль, что не удалось этого сделать, но декабрьским планам помешала достаточно серьезная травма. После тяжелого спектакля «Сильвия» начались проблемы с ахиллом, пришлось четыре недели лечить ногу.

- Какие хореографические версии «Щелкунчика» уже танцевали?

Балет Василия Вайнонена, нуреевскую редакцию в Парижской Опере, спектакль Питера Райта в Королевском балете. К сожалению, не удалось в Большом театре выступить в «Щелкунчике» Юрия Григоровича.

- Главный балетмейстер Пермского театра Алексей Мирошниченко в свои хореографические тексты всегда вставляет мини-цитаты из известных постановок — уважает классику и любит переклички времен. В его «Щелкунчике» тоже есть стилизация?

Спектакль создан в классических традициях, должное отдано многим предшественникам. Алексей вложил в балет свои чувства и фантазию. Он большой выдумщик, и я всегда восхищаюсь тем, как здорово у него закручены сюжеты и с каким почтением он относится к деталям.

В начале пермского спектакля «рассказывается» история принцессы Пирлипат, отвергшей Щелкунчика, что производит на Мари сильное впечатление. Она не понимает, как его, такого хорошего, можно буквально оттолкнуть ногой. Потом, когда Принц предлагает Мари остаться в сказочном царстве и практически кладет свое сердце к ее ногам, героиню на краткий миг одолевают сомнения. Что и губит любовь: Щелкунчик опять становится уродливым и деревянным.

Девочка готова бежать за ним и просить прощения, но — поздно. Он — исчез, мир — разрушен. Так объясняет хореограф трагическую музыку Чайковского в дуэте счастья. Мне его мысль близка. Когда репетирую, думаю о жизни, и, действительно, в настоящей и полноценной любви, особенно когда она зарождается, даже самая маленькая несправедливость ранит глубоко и воспринимается вселенским предательством.

Если соотнести эту пронзительную сцену с привычной для «Щелкунчика» темой взросления, то можно уловить момент перехода от юных грез во взрослую жизнь.

- Значит, финал печальный?

Нет-нет, прекрасный. Мари возвращается к реальности, выбегает на зимние улицы Санкт-Петербурга XIX века, где встречает Дроссельмейера, знакомится с его племянником, узнает в нем Щелкунчика, которого и видела во сне. На репетиции я кричала Леше: «Нет, не надо — они поженятся, потом — разведутся, и будет так, как чаще всего и случается...» А потом подумала: неужели сказка не может существовать в реальности?

- Ваш Принц — Никита Четвериков, запомнившийся зрителям по телевизионному конкурсу «Большой балет». Довольны дуэтом?

Мы танцевали вместе «Жизель» и «Ромео и Джульетту». Никита — надежный партнер и прекрасный танцовщик — и по технике, и по чистоте исполнения, и по наполненности. Он меня чувствует, на репетициях задает верную тональность. Говорят, что на сцене я яркая и часто подстраиваю партнеров под себя.

Мальчикам со мной тяжело не потому, что я делаю что-то невероятное, а потому, что у меня такой характер и такие эмоции. С Никитой мы танцуем на контрасте, и при этом он всегда понимает, что я хочу сказать, и сразу откликается.

- Не опасаетесь сцены Кремлевского дворца — огромной, как полигон?

Не очень ее люблю, хотя танцевала там много раз, когда работала в Большом театре. У меня сложные впечатления от того, что не слышишь зрителей, не чувствуешь их реакцию. Как и от невероятного пространства, которое нужно заполнить своей энергией. Но событие долгожданное: я в Москве наконец-то танцую полный спектакль под чудесную музыку, одну из самых любимых.

Вообще я как-то закалилась и уже ничего не боюсь в плане творчества. Мне все равно по большому счету, что про меня говорят, пишут, кто и как меня воспринимает. Я сама получаю огромное удовольствие, а значит, и зрители тоже.

- Зачем Вам, звезде мирового масштаба, нужно было становиться прима-балериной Пермского театра?

У нас сложились теплые отношения с артистами, с хореографом Алексеем Мирошниченко, с дирижером Теодором Курентзисом. Я полюбила открытых искренних людей, работающих в Перми. Балетная труппа потрясающая, я не ожидала и даже была удивлена таким высоким профессиональным уровнем. Мне хорошо и приятно здесь танцевать, но удается пока нечасто.

Я искренне люблю сюда приезжать, хотя путь далекий и неудобный, занимает много времени. Ничего не просчитывала, поступила так, как сердце подсказало. Не могу понятнее ответить.

- А как вообще Вы попали в Пермь? С Алексеем Мирошниченко давно знакомы?

Когда-то, много лет назад, виделись в Большом театре на репетициях первого workshop (показы работ начинающих балетмейстеров. — «Культура»). Леша ставил свое, я была занята в другом номере, мы просто пересекались. Познакомились в Перми, когда я в декабре 2016-го приехала танцевать «Ромео и Джульетту» по своей инициативе.

- Как это?

Мой любимый балет — «Ромео и Джульетта» Кеннета Макмиллана, я его часто и с удовольствием исполняю, впервые — еще в Американском балетном театре почти восемь лет назад. Но выдался сезон, когда спектакль в Лондоне не шел, а я очень хотела станцевать.

С огромным удивлением обнаружила его в пермской афише. Мечтала тогда выйти в дуэте с Дэвидом Холбергом, который восстановился, как ему казалось, после травмы. Но он поторопился. Я же приехала, познакомилась с Алексеем и с труппой, спектакль сложился и оставил потрясающие ощущения. Хорошо, что проявила тогда активность и договорилась о выступлении.

Не удивляйтесь, в Мариинский театр я тоже сама обратилась с просьбой станцевать Мехменэ Бану в «Легенде о любви» Юрия Григоровича. Рада, что мне такую возможность предоставили. После Перми еду в Питер репетировать.

- Давно хотели станцевать этот балет Юрия Григоровича?


Можно сказать, с детства. Я была так восхищена спектаклем и ролью, что в хореографическом училище к выпускному экзамену по актерскому мастерству подготовила монолог Мехменэ Бану. К сожалению, в Большом театре мне так и не удалось исполнить эту роль, много чего не удалось там сделать: ответственный репертуар не доверяли.

- Кто станет Вашим Ферхадом?

Володя Шкляров. Первый раз мы встретились в Королевском балете на репетициях спектакля «Маргарита и Арман». Он мне по-человечески очень помог в тот период, когда я осталась без партнера. Мне близка его теплая энергетика — не такая, как у брутального мачо, а какая-то нежная, интеллигентная. Считаю, наш дуэт в «Маргарите и Армане» — один из самых удачных в моей карьере.

- В Большом мы Вас так и не увидим?

Планирую приехать на гала в честь Мариуса Петипа и принять участие в концерте «Бенуа де ла данс».

- Знаю, что Вы отвечаете «нет» почти на все предложения, а оказывается, что иногда выступаете с собственными инициативами.

Если честно, последнее время отказываюсь от многого. Соизмеряю интерес и время. Мне всегда нужны тщательные репетиции, погружение в работу — только тогда могу сделать роль хорошо. Уже достаточно неловко просто приезжать и танцевать то, что давно в моем репертуаре.

Мне неважно, где я танцую, выбор определяется необычной ролью, спектаклем, о каком я мечтала, или партнером. Выступлений «на стороне» стало меньше, но каждое — особенное для меня. Конечно, мы, артисты, работаем для публики, она нам отдает много энергии, но все-таки большое удовольствие заниматься тем, что тебя вдохновляет. Вот, например, «Дон Кихот» я больше не танцую.

- Но ведь «Дон Кихот» принес Вам мировую славу, после него Вас с Иваном Васильевым назвали «вундеркиндами Большого театра». Наверняка захотите вернуться к Китри.

Не сомневаюсь. Просто дождусь внутреннего импульса, когда, услышав это название, сердце забьется и душа откликнется.

- Есть в истории балета легендарные дуэты: Фонтейн — Нуреев, Максимова — Васильев. Многие думали, что состоится пара Осипова — Васильев или Осипова — Полунин. Не случилось. Почему?

С Ваней Васильевым мы многое вместе сделали. Это был период замечательный, потом наши пути разошлись. Ему надо было одно, мне — другое. Все произошло естественно, и никаких сожалений по этому поводу не испытываю. А с Сергеем Полуниным мы продолжаем танцевать. Немного, но в этом сезоне уже провели в Мюнхене «Укрощение строптивой» и «Жизель». У Сергея — свой график, планы, интересы, приоритеты.

- После признаний Сергея о мучительном романе с балетом в фильме «Танцовщик» даже удивительно, что он исполняет классику.

Он в потрясающей форме. Востребованный талантливый человек, который занимается многим, помимо танца: снимается в кино, осуществляет свои проекты. Я очень за него рада. Ограничивать и себя, и его тем, что мы должны танцевать вместе, глупо. Чем больше партнеров и разных спектаклей, тем лучше. Танцевать с Сергеем и сейчас для меня огромное счастье, он выдающийся артист.

- Привыкли к жизни в Лондоне?

Да, прижилась в городе и в труппе. В коллективе я немножко сама по себе, этакий отдельный человек. Прихожу, занимаюсь своими репетициями и спектаклями, не очень-то знаю, что происходит среди артистов, кто с кем общается. Своими драматическими ролями очень увлечена, репертуар мне интересен, каждый сезон дает новые работы. Мне хорошо и комфортно, но я не исключаю возможности, что рвану еще куда-нибудь.

- Нынешний сезон для Вас напряженный?

Да, как и предыдущие. Уже состоялась мировая премьера балета «Ветер». Хореограф Артур Пита поставил мне этот спектакль. Станцевала технически сложную «Сильвию» Фредерика Аштона. Это две большие работы в Королевском балете.

После «Щелкунчика» в Москве и «Легенды о любви» в Петербурге — прекрасный каскад спектаклей в «Ковент-Гарден»: «Жизель» и «Манон» с моим любимым партнером Дэвидом Холбергом, «Лебединое озеро» с Мэтью Боллом — молодым артистом, подающим большие надежды, с Владимиром Шкляровым — «Маргарита и Арман». Вся палитра женских характеров!

С Дэвидом, а его выздоровления я так ждала, в Американском балетном театре 18 мая — в наш общий день рождения — опять станцую «Жизель».

- Не бывает тоскливо оттого, что Вы фанатично посвящаете свою жизнь только работе?

Понимаете ли, мне это приятно. Танец делает меня счастливой, дает радость и энергию. И помимо него, конечно, есть родители, друзья и куча увлечений.

- Друзья из мира балета?

Своей подругой из числа коллег назвала бы только балерину Лорен Катбертсон. Остальные близкие друзья — люди небалетные, но наше искусство очень любят, оно нас когда-то и познакомило.

У меня, к сожалению, нет мужа и детей, но очень надеюсь, что будет своя семья, чего не хватает, конечно. Я всегда себе говорю: если нет, значит, еще не время, появится чуть позже, а сейчас нужно делать что-то другое. Все приходит естественно и в свой срок.

- На сцене Вы — полет и темперамент. А в жизни?

Нет, в жизни я, пожалуй, не темпераментная и от природы — максималистка. Со мной сложно находиться рядом. Особенно мужчинам, потому что я на все тонко и эмоционально реагирую, а это тяжело вытерпеть. Чувствую, что меняюсь, лет пять назад была совсем другой. Сейчас, кажется, стала умнее и научилась ко всему относиться спокойнее. Раньше каждое мельчайшее происшествие становилось для меня драмой.

- Вы сказали про увлечения — какие они?

Живопись, литература, музыка, хотя не могу сказать, что все свободное время провожу в музеях и на концертах. Полюбила общение, я бы не назвала это светской жизнью, но мне сейчас нравится находиться среди людей. Интересно с теми, кто старше, умнее. Еще недавно я была совсем закрытым человеком.

Но у меня нет цели что-то поменять в своей судьбе — заняться фотографией или модельным бизнесом. У меня любовь какая-то однозначная и одна на всю жизнь — это танец. Не балет, а именно танец. Чем больше на него смотрю, тем глубже понимаю, сколько этим потрясающим языком можно выразить, как много дать людям.

Я далека от политики, и в наше непростое время, хотя оно всегда непростое, рада, что зрители могут прийти и получить наслаждение от мира, царящего на сцене. Постоянно ловлю себя на мысли: какое счастье, что я в танце и нет у меня планов, не связанных с театром. Просто идеи в моей голове стали более глобальными и масштабными.

- Какие из них реализуются в ближайшем будущем?

Намечена моя насыщенная программа в Сэдлерс Уэллс. Хореография Энтони Тюдора, Джерома Роббинса, Алексея Ратманского, Охада Нахарина и Ивана Переса. Пять соло и дуэтов — разных стилей и хореографов. Помимо известных, ряд номеров будет поставлен специально на меня.

Готовлю моноспектакль Two Feet про Ольгу Спесивцеву, его сочинила австралийский хореограф Мерил Тенкард. Ждем подтверждения от «Олд Вик» — прекрасного, одного из лучших английских драматических театров. Это серьезная постановка, для меня новая, где много нужно будет разговаривать на английском языке, а не только танцевать. Два отделения, полтора часа. Я буду рассказывать о судьбе Спесивцевой и о своей жизни балерины.

- Спесивцева — трагическая фигура, ее жизнь закончилась в психиатрической клинике, а Вы ее образ рифмуете со своей судьбой, вполне успешной.

Из моей жизни — только реальные факты и рассуждения. Как пришла в профессию, с чем сталкивалась, конкретные случаи, как смешные, так и драматические. Многие считают, что путь балерины тернист, состоит из диет и изнурительных занятий. С представлением, что это какая-то ужасная, лишенная многих радостей жизнь, я не согласна.

Вот и рассказываю о том, что мы делаем, чего себе не позволяем, как протекают наши дни. На самом деле балет — большое счастье, не только спектакли, но и будни наши — прекрасны и удивительны. Просто детство и начало карьеры связаны с тем, что ты очень много физических и эмоциональных сил вкладываешь в неведомое будущее.

- Почему не рассказываете о спектакле «Мать»?

Мы назвали его «Мама». Я не могу этот проект анонсировать, но раз Вы спрашиваете... В Англии очень большая проблема с местом показа — планы театров, в том числе и того, какой мы имеем в виду, расписаны вперед на длительное время. Надеюсь, что нам найдут свободные дни, а премьеру, возможно, покажем летом на фестивале в Эдинбурге.

В основе — сказка Андерсена «История одной матери», хореограф — Артур Пита, партнер — актер и прекрасный танцовщик контемпорари Джонатан Годар. Он исполняет много ролей — от Смерти и Старухи до Озера и Цветочка — всего того, что встало на материнском пути.

- Сказка Андерсена — мрачная, душераздирающая.

Очень печальная история — жуткая, трагическая. Она произвела на меня неизгладимое впечатление.

- Вы сами ее нашли?

Артур Пита. Но он настолько хорошо меня знает, что сразу понял — я не смогу пройти мимо. У нас быстро собралась прекрасная команда: Артур, музыкант, продюсер, художник по костюмам. Уже провели несколько репетиций. Меня сказка привлекла тем, что подобных ролей не встречалось. Играла разные чувства, но любовь матери, которая пойдет до самого конца и пожертвует всем, что имеет, не пришлось, вот и захотелось попробовать.

Хореограф мне близок не только языком танца, но и тем, что владеет мастерством режиссуры. Все наши работы мне кажутся удачными. И сюрреалистический гротесковый балет Facada, что видела Москва, и недавний «Ветер» в «Ковент-Гарден», который неоднозначно приняли в Англии, а я считаю свою роль в этом спектакле одной из лучших.

- Несколько лет назад Вы признались нашей газете в том, что мечтаете станцевать Золушку. Не осуществилось?

Запланирован прекрасный проект с хореографом Владимиром Варнавой и продюсером Сергеем Даниляном. Новая версия «Золушки» — самая большая моя мечта. Надеюсь, скоро будет премьера, а в следующем сезоне мы покажем ее в России.



Комментарии:

Для добавления комментария необходима авторизация.