Энциклопедия

Из киевских пригородов наибольшее значение имел Вышгород, стоявший выше Киева, на правом берегу Днепра. Название «Вышгород» - чисто славянское и притом довольно распространённое: «вышгород» - это акрополь, верхний замок, кремль, детинец. Вышгород под Киевом известен с древнейшего времени и упоминается уже Константином Багрянородным в X столетии. В летописи о нём впервые говорится как о городе княгини Ольги («град Вользин»).

Значение княжеского города остаётся за Вышгородом и в позднейшее время. Владимир Святославич до крещения держал в нём один из своих дворов, позже в Вышгород обращается за поддержкой Святополк Окаянный. Постоянное участие вышгородцев в крупных политических событиях вызвало даже попытку все летописные известия о Вышгороде отнести к «вышгороду» (детинцу) в самом Киеве. Но это явная ошибка, так как летопись говорит о Вышгороде, как об особом городе.

Город был хорошо защищён и служил убежищем для киевских князей. По образцу Вышгорода подобные же княжеские замки основаны были владимирскими и смоленскими князьями (Боголюбово и Смядынь). Смоленское сказание так и называет Смядынь «вторым Вышгородом».

Летопись в известиях начала XI в. упоминает вышгородских «болярцев». К ним обратился Святополк Окаянный с просьбой поддержать его на киевском столе. На основании этого А.Н. Насонов сделал такое ответственное заключение: вышгородская знать «ведёт себя как знать «Русской земли», принимая участие в решениях вопросов, касающихся всей «Русской земли» или Киева. Вместе со Святополком вышгородские «болярци» пытаются решить судьбу Киевского стола, охраняя единовластие «Русской земли»».

Так в замыслы Святополка вкладывается вдруг понятие времени централизованного государства - «единовластие», вовсе не свойственного времени феодальной раздробленности, когда и такие, казалось бы, «единовластцы», как Владимир Святославич и Ярослав Мудрый, делили Русскую землю между своими сыновьями. Сама летопись называет вышгородскую знать, которой А.Н. Насонов придаёт такое высокое значение, уменьшительным именем «боярцы», «болярцы», а сказание о Борисе и Глебе по списку XII в. - просто «вышегородскими мужами».

Известия о Вышгороде решительно опровергают представление Насонова о Вышгороде X в., как о центре, подобном «крупнейшим центрам тогдашней России» (небрежность Насонова в терминологии, в частности, сказалась и в том, что Древнюю Русь он отожествляет с Россией).

В источниках Вышгород представляется как значительный ремесленный центр. Здесь живут «древодели» - строители деревянных зданий, «градники», или «огородники», - строители укреплений. Сказания говорят о вышгородских древоделях и градниках (огородниках), как о прочно сложившихся, устойчивых кругах населения. Старейшина древоделей и старейшины градников Миронег и Ждан известны по сказаниям XI-XII столетий. Может быть, из них и состояли те «боярцы», которые поддерживали Святополка Окаянного.

В событиях X-XII вв. Вышгород играл весьма своеобразную роль города с особым режимом, основанным на большой зависимости населения от киевского князя. Былое значение города подчёркивается необыкновенными размерами Вышгородского городища - около 3 км в окружности. Внутри городища найдена была гробница из плит красного шифера, связанных железными скобами. В гробу лежал скелет, на пальце которого был перстень. Вышгород имел хорошие укрепления. Его окружали стены с заборолами. О них картинно упоминается в сказании об открытии мощей Бориса и Глеба: «И было многое множество (людей) как пчел, по всему городу, и по стенам и по заборолам».

В городе кипела оживлённая жизнь. Сказания о Борисе и Глебе говорят о пирах старейшины «огородников» Ждана (христианское имя Никола), о хоромах, где устраивали пир, о снующих взад и вперёд слугах, как бы не замечающих голодного нищего у порога. Во время перенесения мощей Бориса и Глеба собирается множество людей. Для того чтобы расчистить путь среди толпы, князья приказывают «метати людям» дорогие ткани, меха, деньги. Рядом с картинами пиров и всенародных сборищ те же сказания рисуют Вышгород как место заключения людей, провинившихся или оклеветанных перед князьями, оказавшихся на долгое время «в забытьи» князьями.

Заключённые сидят в глубоком погребе, под замком, в железных оковах. На ночь лестницу, по которой спускаются в погреб, вынимают, и наступает полная тьма. Так рисуется нам феодальная тюрьма XI- XII вв. со всеми её ужасами - «тьмою, холодом и забвением». 

Открытие в Вышгороде мощей Бориса и Глеба ещё более возвысило значение этого города, куда стали направляться многочисленные паломничества. Это не только создавало из Вышгорода религиозный центр, но и притягивало к нему литературные силы. По крайней мере о некоторых записях, относящихся к чудесам Бориса и Глеба, можно сказать утвердительно, что они были написаны в Вышгороде. Таково, например, обращение к Вышгороду в одном памятнике XI в., где Борис и Глеб прославляются как защитники Руси: «Стенам твоим, Вышгород, я устроил стражу на все дни и ночи. Не уснёт она и не задремлет, охраняя и утверждая отчину свою Русскую землю от супостатов и от усобной войны» . 

Археология (Археология СССР в 18т. под редакцией Б.А. Рыбакова)

Впервые упомянут в летописи под 946 г. как город княгини Ольги, в который поступала треть древлянской дани (ПСРЛ, т. I, стб. 60). Древнее городище находится на территории современного поселка городского типа Вышгород в 15—16 км выше Киева, на правом обрывистом берегу Днепра. Поселение состоит из детинца (площадь около 7,5 га), окольного города (площадь около 6 га) и неукрепленных селищ-посадов. До сегодняшнего дня сохранились остатки мощных земляных валов и рвов, окружавших центральную часть поселения.

Наряду с Киевом Вышгород был одним из главных древнерусских центров Среднего Поднепровья. Как важный пункт в системе киевского полюдья его упоминает Константин Багрянородный. С X в. в городе располагалась, по-видимому, одна из резиденций великих князей. Здесь рано образовался слой собственного боярства, поддерживавший в начале XI в. Святополка Владимировича. Особую роль стал играть Вышгород в связи с канонизацией в XI в. первых русских национальных святых Бориса и Глеба, похороненных в городе.

Над их усыпальницей был возведен храм, перестраивавшийся и украшавшийся несколькими поколениями русских князей. Начиная со второй половины XI в. в городе почти постоянно сидели удельные князья — подручники великого князя киевского. Вышгород в известной мере был северными воротами Киева. Он контролировал водный путь по Днепру, Ирпеню и Десне. Борьба за столицу Руси не раз начиналась с осады и штурма Вышгорода. Как и другие центры Среднего Поднепровья, город пострадал во время Батыева нашествия.

Стационарные археологические исследования, проводившиеся в Вышгороде в 30-е годы и в 1947 и 1972 гг. (Б.А. Рыбаков, В.И. Довженок), проведены Киевской археологической экспедицией Института археологии АН УССР. Раскопками обнаружены остатки десятков наземных и углубленных в землю жилищ, производственные (железоделательные, кузнечные, ювелирные, костерезные, гончарные) комплексы; многочисленные вещевые находки X—XIII вв. Среди них выделяется серия русских и византийских свинцовых печатей, пряслице с надписью, поливная посуда и изделия из стекла.

Церковь Бориса и Глеба в Вышгороде была одним из крупнейших трехнефных храмов Руси. К сожалению, до сих пор в городе не найдено непотревоженных отложений X в.