Статьи

Вот гигантская Россия, в которой есть всё. Нефть, газ, пресная вода, вся остальная, пардон, периодическая таблица великого русского химика Менделеева. Есть леса, над которыми можно лететь часами ночью на самолёте и не видеть внизу вообще ни одного огонька. Я как-то возвращался в Москву из Токио, так у сидящего рядом со мной японца самая настоящая истерика приключилась: думал — на земле какая-то техногенная катастрофа произошла, и пришлось приложить немалые усилия, чтобы объяснить самураю, что Чубайс тут ну совершенно ни при чём: просто такая страна. Есть реки: могучие, полноводные. Достаточно, мягко говоря, пахотных земель.

Ну.

Так почему самые успешные периоды развития этой страны, от Петра Первого (да и раньше тоже, пожалуй) до Иосифа Сталина, так или иначе связаны с «мобилизацией» общества и, будем откровенны, «милитаризацией» всего и всех? Включая в первую очередь экономическую модель? Это какие-то такие уникальные психические особенности государствообразующей русской нации, дурость правителей или ещё какой цивилизационный первородный грех, природный дефект, о чём так любит порассуждать — негромко, конечно, чтобы в морду не дали, — наша же разночинная интеллигенция?

Да нет, конечно.

Есть такое правило: из всех вариантов решений — выбирай самый приземлённый, не ошибёшься.

Вот, допустим, наше родное сельское хозяйство.

Для либеральных говорунов и прислушивающихся к ним городских обывателей — безусловно — очень отсталое.

Как, правда, при такой чудовищной «отсталости» мы умудрились стать одним из ведущих мировых экспортёров зерна (при СССР, напомню, его импортировали, но кого это интересует), «либеральные экономисты» объяснить не могут, — оттого и не пытаются. Для них-то всё просто: посмотрите на развитое фермерское хозяйство в Америке и на наш грязный колхоз — и какие вам ещё нужны доказательства?! Достаточно просто поставить в один ряд слова «фермер» и «колхоз»: выводы напрашиваются сами собой, что называется. Вот когда у нас будут в основном, «фермеры»…

И вот тут, посмотрев на «варианты решений» и выбрав сразу «самый простой», можно сразу же уверенно констатировать: ребят, а чего вы тогда дёргаетесь-то?! «В основном фермеров» у нас, извините, скорее всего, тупо не будет никогда. И проклятое наследие коммунистов вообще, и злодея Иосифа Сталина в частности тут совершенно ни при чём — обычная география. Ну, северная мы страна, поэтому у нас наиболее успешными будут предприятия крупные, как принято говорить, «латифундистского типа». А как уж они будут называться — «община», «поместье», «колхоз», нынешние «акционерные общества» или ещё как — неважно. Главное — оно должно быть крупным. Поэтому и все наши наиболее успешные «фермеры» — это на самом деле и близко не «фермеры». А частные сельхозпредприниматели, на которых работает довольно приличное количество наёмных сельскохозяйственных рабочих. Тут дело не в форме собственности, а в количестве рабочих рук: это где-нибудь в Оклахоме для обработки земли довольно одной семьи плюс иногда «сезонные рабочие» — ну так гляньте на глобус, на какой параллели эта самая Оклахома находится.

…Я это, собственно говоря, к чему.

Так может, и вот эта «мобилизационная милитаристская экономическая модель», с её преобладанием государственного или иногда частно-государственного капитала в ключевых отраслях (вы будете смеяться, но «мелкий и средний бизнес» даже в приснопамятные «сталинские времена» оставался в руках частников: «Промкооперация» клепала всё, от сельхозпродукции до мебели и даже первых — по признанию современников, едва ли не лучших в мире! — советских радиоприёмников. Разогнал эту вольницу только Н.С. Хрущёв, после чего полки в магазинах и начали постепенно пустеть) именно в наших условиях неслучайно оказывается оптимальной? Именно с точки зрения успешности?! Может, она как раз и проистекает из того, что у нас слишком много всего и это «много всего» нужно в первую очередь как следует охранять?! И может, неслучайно именно оттого фактически все «технологические прорывы» как в Императорской, так и в Советской России случались у нас именно при работах в военно-промышленной области?! Потому как, допустим, качать нефть или добывать тот же молибден где-нибудь даже в холодной Сибири, извините, всё-таки куда проще, чем сделать так, чтобы ни один Государственный секретарь ни одних Соединённых Штатов не говорил, что эта добыча, с его точки зрения, «несправедлива». И её у нас надо как можно более демократично и цивилизованно изъять.

Тут ведь всё просто: добро надо охранять.

А на режимных объектах ларьки с кавказской шаурмой из московских кошек выглядят некоторым образом неуместно, даже с точки зрения чисто эстетической. Потому как лоткам, ларькам, павильонам и так далее и тому подобное — место, простите, на рынках, а не на заводах.

Вот и всё.

Такие, простите, дела.