Статьи

Спустя 105 лет после Февральской революции мы хотим вспомнить события, связанные с единственным наследником императора Николая II, цесаревичем Алексеем.

Что было бы, если бы царь, отрекаясь от престола, не отрекся и за своего сына? Что, если бы наследник остался жив?

Сегодня, дорогой читатель, мы вновь поразмышляем об истории в сослагательном наклонении, хотя она этого и не терпит…

Долгожданный наследник

12 августа 1904 года, после долгих и горячих молитв, родился долгожданный наследник императорского дома Романовых.

16 сентября состоялось таинство Крещения цесаревича с именем Алексей - в честь святого Алексия, митрополита Московского и в память о царе Алексее Михайловиче.

А поскольку в это время шла Русско-японская война (1904-1905 годы), все солдаты и офицеры русской армии были провозглашены почетными крестными цесаревича.

Также, согласно существовавшей в России традиции, в связи с рождением царского наследника были учреждены благотворительные организации, в том числе Алексеевский комитет по оказанию помощи детям, потерявшим отцов в Русско-японскую войну.

Рождение Алексея было омрачено редкой, страшной болезнью, которую он унаследовал по материнской линии - гемофилией. Эта болезнь связана с нарушением коагуляции (процесс свертывания крови).

От простой царапины или небольшого пореза умереть, как многие считали и считают, больной гемофилией не может. Но хирургические вмешательства в организм, даже простое удаление зуба, представляют серьезную опасность.

Кроме того, это заболевание при физических нагрузках сопряжено с кровоизлияниями в суставы, мышцы и внутренние органы.

Так, цесаревич Алексей однажды чуть не умер от простого носового кровотечения. А кровоизлияния в суставы причиняли ему страшную боль.

Облегчить состояние можно было введением морфия, но, из-за пагубных свойств, мальчику его не давали, и он переставал чувствовать боль, только потеряв сознание.

После Февральской революции, когда Николай II 15 марта 1917 года отрекся от престола не только за себя, но и за Алексея, он руководствовался консультацией со своим личным врачом, хирургом, профессором Сергеем Петровичем Федоровым.

Тот объяснил царю, что с гемофилией жить можно, и даже долго, но любая нелепость способна привести к смерти.

Вот тогда Николай II, не желая расставаться с любимым сыном, в одночасье переменил решение отречься от престола в пользу Алексея при регентстве великого князя Михаила Александровича Романова.

В ночь на 17 июля 1918 года большевики, пришедшие к власти в результате Октябрьского переворота 1917 года, расстреляли Алексея вместе с сестрами и родителями…

Итак, что, если бы Николай II отрекся в пользу сына?

Формально такое могло случиться, тем более что первоначально Николай II так и сделал при встрече днем 15 марта 1917 года с генералом Рузским.

Также Николай мог не спешить и связаться с братом Михаилом Александровичем, наверняка они смогли бы договориться о регентстве без отрыва Алексея от родителей (как полагалось). Предположим, что так и случилось.

Малолетний император, истощенный гемофилией, оказывается не способен разрешить сложившийся в стране кризис.

Бремя ответственности ложится на регента - Михаила Александровича, но он никогда не желал и не желает это бремя нести, действует вяло. К тому же время уже упущено.

Восставшие рабочие Петрограда, как и все население империи, не питают симпатий к царской чете Романовых, и хотя это обстоятельство - заслуга правления Николая II, никто не поддерживал идею сохранения в России монархии в любом виде, пусть даже ограниченную парламентом и Конституцией.

В этих условиях Россия получила ситуацию, когда страна формально является парламентской монархией, но Алексей и Михаил самоустранились - самый разумный вариант, чтобы не быть убитыми в результате заговора и не провоцировать кризис власти.

А кризис власти все равно случается, только вместо Временного правительства в нем участвует правительство (созданное накануне отречения Николаем II) с Думой и Советы.

Предположим, Николай II решается уехать за границу, как он и собирался, забрав супругу и детей, в том числе Алексея, формально являющегося императором России.

Но после Октябрьского переворота (который мог бы быть и не в октябре) и победы большевиков или иной леворадикальной партии случилось бы то же самое, что и случилось.

Терпеть существование на свете того, кто являлся легитимным правителем России, лидеры пришедших к власти революционеров не стали и привели бы в исполнение приговор. Возможно - по сценарию «Троцкий и ледоруб», возможно - иначе.