Статьи

Мог бы выйти крепкий блокбастер, но фильм получился сырым, недостроенным и – перегруженным одновременно

Тема Чернобыля до сих пор волнует и будоражит. Возникают версии, связанные с аварией на четвёртом энергоблоке – в том числе безумно-конспирологические и даже мистические.

По «городу мёртвых» шастают и лазают экстремалы, именующие себя сталкерами, выкладывают в Интернет видеоотчёты и фотографии. Инфернальный Chernobyl стал частью поп-культуры на Западе и превратился, как нынче говорят, в мем.

Так, в одной из дурацких комедий мелькнула фразочка, что отношения с некоей дамой «хуже Чернобыля», а в ряде фантастических боевиков и хорроров упоминаются Чернобыль и Припять.

Исторический проект американского канала НВО "Чернобыль" (2019) вызвал резонанс во всём мире, а у нас его бранили за русофобию и антисоветизм, что неудивительно.

В России и на Украине отношение к теме более сдержанное и оно понятно, ибо сложно препарировать кошмары, случившиеся у тебя дома.

Было несколько попыток «обыграть» жуткую заброшку, населённую тенями прошлого – например, в мистическом сериале канала ТНТ "Чернобыль. Зона Отчуждения" (2014 – 2019) или в популярной компьютерной игре S.T.A.L.K.E.R.

В этом году исполнилось 35 лет со дня трагедии, последствия которой ощущаются до сих пор, а потому фильм "Чернобыль" (2021) Данилы Козловского был встречен с интересом, хотя знаменитый актёр, выступивший тут в качестве режиссёра, оправдал не все ожидания.

Сказать, что фильм – гадость, нельзя, но и восторженно хвалить особо не за что.

Авторы сценария (Алексей Казаков и Елена Иванова) не смогли удержаться в рамках заявленного жанра исторической драмы; здесь много от фильма-катастрофы. Фабула раскучивается в духе классического disaster film.

Мирная и безмятежная завязка, где самой большой неприятностью кажется тучка на светлом небе! Вся лепота жёстко сменяется глобальной преисподней, раскалывающей мир на «до» и «после». Но! Линия повествования то взмывает в патетику, то срывается в бытовуху.

Подобный микс хорош, если вы – Квентин Тарантино, в прочих же вариантах – увы.

Вступительные титры гласят: фильм вдохновлён реальными событиями. Это грамотный выверт. Мол, не ищите прототипов, не ройтесь в хрониках и документах, чтобы уличить создателей в некомпетентности, излишней фантазии, утаивании правды.

Здесь – вдохновение. Основа тут – подвиг «чернобыльских дайверов», как их называют в современной прессе - Алексея Ананенко, Бориса Баранова и Валерия Беспалова.

Этим добровольцам удалось отвести планетарную катастрофу – если бы произошёл паровой взрыв, под угрозой оказалась бы вся Евразия.

Ребята погрузились в бассейн-барботер, вручную открыли заглушки и спустили воду, рискуя жизнью и, как минимум, здоровьем. При этом, умер из них только один Баранов - в 2005 году, от сердечного приступа в преклонном возрасте.

Его товарищи до сих пор живы. Авторы "Чернобыля", напротив, похоронили всех фигурантов. Они же предупреждали, что сюжет «вдохновлён», а истина вроде как не при делах. Небыль о Чернобыле – вот, что это такое.

Начало фильма – уютно-милое да солнечное. Положительный фактор - отсутствие ярых признаков «серого совка», никаких бахил и бесформенных тряпок, а молодёжь танцует брейк-данс, как в хрестоматийном "Курьере" (1986).

У пацанов – родные велосипеды "Салют" и "Кама", а не единственный самокат на весь двор. Влюблённые едят мороженое "Пломбир" в вафельных стаканчиках, а не ругаются в очереди за колбасой.

Фоном звучат узнаваемые мелодии – "Жизнь играет с нами в прятки" Юрия Антонова, сменяющаяся хитом "Kalimba de Luna" от Boney M и, когда герой Козловского являет крупным планом аудиокассету, чтобы ехать с музыкой по шоссе, мы точно угадываем, что фоном зазвучит Виктор Цой.

Больше того, идёт смещение в сторону эстетизации, гламуризации тогдашнего бытия – например, женщины в районной парикмахерской листают журнал Burda Moden, привозимый из-за границы и считавшийся признаком роскоши, буржуазной dolce vita.

"Бурда" не валялась на журнальных столиках ни в салонах красоты, ни в домах культуры, ни в министерских приёмных. Ровно так же нелепо смотрятся постеры с Сильвестром Сталлоне, Арнольдом и бойцами кунг-фу в обычной квартире у десятилетнего мальчика – в 1985 году.

Это через пару-тройку лет Рембо и Конаны-варвары массово украсили обои – с началом бума видеосалонов и видео-культуры, а в середине 1980-х у продвинутого, но хорошего мальчика были бы Владимир Высоцкий и Николай Ерёменко из "Пиратов XX века".

Плакаты с качками и суперменами, конечно, имелись (как и вышеназванный журнал "Бурда"), однако, не в такой обстановке – у какого-нибудь столичного мажора, чей папа не вылезает из капстран – всенепременно, а тут – сын матери-одиночки.

Плюс-минус два-три года в 1980-х очень много значат, ибо всё менялось чересчур стремительно.

Перед нами «тёплое и ламповое» прошлое, объект коллективных воспоминаний.

Об этом феномене иронически молвил Егор Холмогоров, правда, имея в виду Оттепель, но эти слова можно экстраполировать и на золотые-восьмидесятые:

«Хорошо жили, не шиковали, но покушать было, в отпуск ездили по путевке, на фильмы французские ходили, теплота присутствовала, человечность, не то что сейчас; немного мешали партийные боссы да кагэбэшники, но была вокруг какая-то чистота, вера в идеалы, что ли, не то что у нынешних охальников.

Главные герои данного жанра — старый телевизор, автомобиль «Москвич» и автомат с газировкой».

Нарочитая игра с атрибутикой. Старенькие автобусы ЛИАЗ с округлыми формами, «геометрическая» бижутерия у девушек, мода на спортивные ветровки, автомобиль "Жигули" цвета «коррида» и всяко-разные приятные мелочи из бабушкиного сундучка, вроде плаката с Аллой Пугачёвой и её же песенки "Три желания".

Упоминание Аллы как знаковой фигуры позднесоветского времени – тоже неслучайно. В финале мы видим фрагменты её выступления перед ликвидаторами аварии в сентябре 1986 года, и прощальные титры бегут в сопровождении новой песни.

Выпукло и сердито изобличена помешанность тогдашнего хомо-сапиенса на блистающей загранке. Дефицитная кинокамера с крутым лейблом снимает распрекрасно, не то, что местные железяки, а лечить и восстанавливать могут лишь в далёкой, маленькой Швейцарии, куда просто так не двинешься.

Многие журналисты подвергли яростной критике эту деталь кинорассказа – мол, Козловский сотоварищи представили каких-то низкопоклонствующих уродов, готовых на всё ради «какой-то» Швейцарии.

Это не было уродством – освежите в памяти любой комедийный или детективный фильм сорокалетней давности, где прямолинейно выказывается патологическая страсть к любому импорту. Если бы её не было – той страсти, мы бы сейчас жили в другой стране.

В "Чернобыле" есть, что поругать и это не культ швейцарских клиник и западной техники.

Мощный минус кинокартины – её сюжетообразующий остов. Он тягуч и скучноват. Брутальный красавчик-пожарный Алексей Карпушин (Данила Козловский) встречает свою давнюю возлюбленную - парикмахера Ольгу (Оксана Акиньшина).

Десять лет назад меж ними была искра любви, а дальше всё пошло не так. И вдруг – чувства на новом витке. Следом выясняется, что у Ольги растёт сын, как вы понимаете, именно десятилетнего возраста.

У Карпушина тут же - метания, сомнения, вопросы к самому себе, а заодно к мирозданию. Все эти мелодраматические «быть иль не быть?!» прерываются аварией.

Тут пожарный устремляется в самое пекло, а потом спускается в адский бассейн – символизм простоват, но чёток и ясен. До медных труб этот, прошедший огонь и воду, человек не дожил, зато жив спасённый в швейцарской клинике сын Лёшка.

Несмотря на динамику, фильм кажется затянутым и неумело «порезанным». Видимо, это полезное ремесло умерло ещё во времена Перестройки. Главное – метраж да побольше, а ведь кромсая лишнее, художник мастерит шедевр.

Из "Чернобыля" мог бы выйти крепкий блокбастер, даже с учётом вымученной лав-стори, но, как обычно, штука получилась сырой, недостроенной и – перегруженной одновременно.

Безусловно, есть ряд удачных сцен – допустим, поездка ребят на велосипедах к подножию Чернобыльской АЭС накануне взрыва. В тот момент буквально чувствуешь, как испуганы и заворожены эти мальчики.

Гармоничны Оксана Акиньшина и Равшана Куркова в роли врача-радиолога, да и сам Козловский не вызывает отторжения – всё же он обаятелен, как личность и как лицедей. Отменна операторская работа Ксении Середы.

Недурен саундтрек Олега Карпачёва, умело разбавляющий ретро-музыку 1980-х. Но в целом всё на троечку. Не на двойку. А вот так – удовлетворительно. Без восторга.