Новости

О дирижерском дебюте в БДТ и любимом оркестре

Юрий Темирканов ушел из жизни чуть более чем за месяц до 85-летия. Свое первое интервью у маэстро я взял, когда ему не было 30 и он только начинал открываться как явление в мировом музыкальном искусстве.

Став знаменитым, он не коллекционировал своих афиш и программок, не афишировал именную Темиркановскую премию, учрежденную им для учеников специальной школы Консерватории, где, приехав из Нальчика, учился сам

Юрий Хатуевич очень не любил сидеть и давать интервью, поэтому многие его рассказы я записал на ходу, во время совместных прогулок по Невскому проспекту, рядом с которым находится Филармония.

Когда я говорил с ним, всегда внутренне соглашался с поэтом Андреем Вознесенским, который называл маэстро "термоядерным". Из записей, собранных за многие годы общения с Юрием Хатуевичем, я выбрал несколько эпизодов, характеризующих разные стороны его натуры...

Оперу "Петр Первый" ставила "шайка"

- Меня нередко раздражают так называемые новые решения, которым подвергаются классические оперы. Мне не нравится, когда все действие "Пиковой дамы" переносится на кладбище, а на спектакле "Риголетто" зрители попадают на другую планету, где все действующие лица - обезьяны.

Но когда современный спектакль делается современным языком - это, я считаю, естественно. В 1975 году мы ставили в Кировском театре "Петра Первого" Андрея Петрова.

Сама атмосфера, в которой рождалась эта опера, вызывает в моей душе самые теплые воспоминания. Из Москвы приехали Володя Василёв и Наташа Касаткина, которым впервые предстояло выступить в качестве постановщиков оперы.

Занимаясь общим делом, мы все очень быстро подружились и сами назвали себя "шайкой". Это было замечательное время!

Дирижёрская палочка - для Товстоногова

- В 50-е годы мне, студенту Консерватории, довелось начинать трудовую деятельность в оркестре Большого драматического театра, когда он уже гремел по всему Союзу. Оркестр был довольно маленький, но относились к нему уважительно. И, кстати, там я впервые дирижировал.

Когда в драме идут репетиции, жизнь музыкантов скучна, как у пожарных. Но я всегда был любознательным человеком и с интересом наблюдал за Товстоноговым, как своим темпераментом он создавал температуру репетиций.

И я многому учился у него. Потому что нет ничего, что так или иначе не пригодилось бы дирижеру. И впоследствии благодаря всему, что я вынес с репетиций Товстоногова, я отважился на режиссерские работы в театре.

Товстоногов смотрел в Кировском театре "Евгения Онегина" в моей постановке.

Мне особенно запомнились слова Георгия Александровича о финале спектакля, который завершается резкими и громкими оркестровыми тактами: "Как хорошо, Юра, вы расстреливаете онегинскую судьбу!"

Ну а потом был забавный случай, когда осенью 1983 года отмечалось 70-летие Товстононова. В тот момент Георгий Александрович репетировал в БДТ оперу-фарс Александра Колкера "Смерть Тарелкина".

И по такому случаю я, поздравляя юбиляра, с удовольствием преподнес ему дирижерскую палочку.

Учитель

- Мне очень повезло с моим главным учителем - профессором Ленинградской консерватории Ильей Александровичем Мусиным. Из дирижерских классов нередко выходят копии самих педагогов, а Мусин умел научить, увидев, какая у тебя сильная сторона, и чисто физически, и мануально.

Он развивал в тебе твои данные и не говорил, что надо вот так, обязательно. Конечно, он первоначально вкладывал самые основы, чтобы не изобретать велосипед, а потом уже учил дирижировать, думая, о чем ты дирижируешь.

У меня к Илье Александровичу осталось не просто чувство благодарности, а нечто большее. То, кто я есть, - это сделал Мусин. Он, кстати, на своей книге "Техника дирижирования" подписал мне, что символ этой книги - Темирканов.

Как я "суфлировал" Смоктуновскому

- Мы как-то легко дружески сошлись с Иннокентием Смоктуновским. Он ходил на мои концерты, а я - на его спектакли. И всегда было нам о чем поговорить при встрече.

А тут еще одна тема появилась, когда в 1969 году Иннокентий Михайлович на съемках фильма "Чайковский" перевоплотился в Петра Ильича. По всему было видно, что его очень увлекла эта роль.

И все шло вроде бы без особых сложностей, пока не наступили съемки эпизода, в котором Чайковский встает за пульт оркестра и дирижирует своей симфонией.

Тут произошло непредвиденное: пластичный, живой Смоктуновский, который в "Гамлете" у Козинцева так великолепно владеет шпагой, оказался беспомощным перед дирижерской палочкой. И тогда он обратился ко мне: "Юра, помоги!"

Кончилось тем, что, зайдя за пульт, я во время съемки под музыку показывал Кеше правильные жесты. И он их схватывал… Получилось, что я вроде бы "суфлировал" ему по дирижерской части. И в фильме этот эпизод выглядит вполне убедительно.

Оркестр - главное мое детище

- Уже столько лет моей жизни связано с Филармонией! Но по-прежнему я выхожу на эту сцену с огромным волнением. Это святое место для меня.

Оркестр - главное мое детище. Потому что, как мне кажется, я научил музыкантов не играть ноты, а я их научил играть музыку.

По инициативе и под художественным руководством Юрия Темирканова в 1999 году был учрежден Международный зимний фестиваль "Площадь Искусств".

Он объединяет артистов высочайшего уровня, подтверждая статус Санкт-Петербурга как одной из культурных столиц Европы. В декабре нынешнего года фестиваль пройдет в 23-й раз под знаком юбилея Юрия Темирканова.

Но теперь, к сожалению, он будет посвящен светлой памяти маэстро.

Олег Сердобольский