Новости

О "Щелкунчике" и других сказочных балетах

Трудно поверить, но "Щелкунчик" был не всегда - многие годы российский театр обходился без него.

Да, декабрь неизменно был праздничным месяцем, месяцем ожидания рождественского чуда, но почти весь XIX век балет к этому самому чуду - а также к празднованию Нового года - никаким специальным образом не готовился.

Декабрь был месяцем бенефисов - ведущие артисты императорских трупп получали собственный вечер, где не только программа формировалась "под них" (фрагменты спектаклей, где особенно блистал герой вечера), но и значительная часть выручки доставалась именно ему, а не театральному бюджету.

Лишь в 1806 году в Санкт-Петербурге была объявлена премьера прямо в новогоднюю ночь: в петербургском Большом театре первый русский хореограф Иван Вальберх поставил комическую оперу Катерино Кавоса "Илья-богатырь" - как было обещано публике, "с балетами и полетами".

В дальнейшем премьеры случались, как правило, уже после Нового года. Так, в 1858 году грянул "Корсар" в бенефис Жюля Перро, а в 1862-м - "Дочь фараона" в бенефис Каролины Розати.

В течение всего позапрошлого века обычая "пойти с детьми на балет" не существовало. На балет ходили взрослые люди, чаще всего - мужчины, и в походе в театр, где танцуют нимфы в пачках, был оттенок эротического приключения.

Друзья и родственники легко могли понять семейную пару, захватившую малышню в драматический театр на трагедию, где ребенок глотал бы слезы четыре часа подряд.

Но брать детей на балет вошло в традицию лишь тогда, когда сам балет стал настаивать на том, что он - искусство, а не досуг: то есть к концу XIX века. Хотя и тогда специально "детские" спектакли как вид не планировались.

Школьников брали на взрослые спектакли - большие, пышные, сложные (вроде "Спящей красавицы"). И вот тут уже как повезет: или ребенок навсегда влюблялся в искусство танца, или засыпал в середине второго действия и после в театр идти отказывался.

Как появились детские и новогодние спектакли

Понятие "детский балет" (и соответственно специальные, "адаптированные" спектакли) появилось уже при советской власти - как часть масштабной программы воспитания новых поколений.

В Большом театре в 1922 году Александр Горский выпустил балет "Вечно живые цветы" на музыку Бориса Асафьева.

Главные герои - мальчик и девочка - не просто переживали ряд приключений, но советовались с залом, как им поступить в случае каких-либо затруднений. Это уже был полноценный детский балет, но при этом он не был новогодним, он был приурочен к 7 ноября.

Между тем именно со "Щелкунчика" в 1892 году началась традиция спектаклей и новогодних, и детских.

Премьера состоялась 6 декабря, и хореограф Лев Иванов (в дальнейшем - соавтор Мариуса Петипа по "Лебединому озеру", он делал "белые", лебединые сцены, а Петипа - "цветные", дворцовые) не только сотворил в балете парад сладостей (что естественно захватывало внимание малышни), но и занял в спектакле множество учеников балетной школы.

Среди действующих лиц были Карамель, Галеты, Ячменный сахар, Шоколад, Птифур, Нуга и фея Драже, конечно. Во множестве этих маленьких партий выходили ученики, и это действовало как на взрослых, так и на детей ("Я тоже так могу! Я тоже так хочу!" - проносилось в голове у ребенка).

Как минимум треть нынешних балетных артистов заставили в свое время родителей отвести их на просмотр в балетную школу, потому что увидели "Щелкунчик" (причем это срабатывало, даже если спектакль шел по телевизору).

В ХХ веке в нашей стране появилось несколько знаменитых версий "Щелкунчиков" (хореография Льва Иванова не сохранилась, так что каждый новый автор волен рассказывать историю по-своему).

Есть "школьная", простодушная, аккуратная и нежная версии Василия Вайнонена, что танцуют в Мариинском театре, в Академии Русского балета и множестве провинциальных школ; возвышенная и почти трагическая версия Юрия Григоровича (Большой театр, Новосибирск, Уфа, Краснодар); сделанная в конце столетия мрачная повесть Евгения Панфилова ("Балет Евгения Панфилова", Пермь), в которой мыши победили и Щелкунчику надо с ними договариваться, и множество других.

Но вплоть до недавнего времени (даже еще лет десять назад) такого ажиотажа, как сейчас, с "Щелкунчиками" не было.

Да, поклонники выстаивали ночные очереди, чтобы попасть в Большой вечером 31 декабря, когда там гарантированно танцевал Николай Цискаридзе, но чтобы рваться вот так, как сейчас, выкладывать вовсе не лишние в хозяйстве деньги, а то и участвовать в аукционах (как предложил Большой театр в этом году) - это совсем новый тип общественного поведения.

В общем-то, все просто - людям хочется сказки. Выросло поколение, которое в детстве водили на "Щелкунчика", да еще и обзавелось собственными детьми и внуками (премьера версии Юрия Григоровича в Большом состоялась 12 марта 1966 года).

И теперь срабатывает классическая ностальгия по детству плюс желание поделиться той радостью с потомками. Люди платят колоссальные деньги не за сам по себе балет (безусловно прекрасный), но и за возможность вернуться в беспечное детство.

Большой театр, слегка ошеломленный от количества людей, желающих отправиться в путешествие во времени, 30 и 31 декабря совместно с проектом TheatreHD устраивает прямые трансляции "Щелкунчика" - увидеть балет можно будет в кинотеатрах всей страны (только в Москве более чем в 80 кинотеатрах).

Собственно, сумма сборов на этих площадках даст четкую картинку: сколько людей приехали бы в главный театр страны в новогоднюю ночь, если бы имели такую возможность.

Альтернативы "Щелкунчику"

Хочется думать, что всем фанатам "Щелкунчика" остался всего лишь один шаг, чтобы увидеть волшебство, вернуться в детство и поделиться им со своими детьми. И что скоро они посмотрят вокруг и заметят, что, вообще-то говоря, это не единственная потрясающая новогодняя сказка.

Правда, в этом году Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко отправил свою славную "Снегурочку" аж в начало февраля (но, может быть, это дань восточному Новому году, который наступит 29 января?).

Можно и его отметить, праздников много не бывает.

А "Снегурочка" там волшебная! Советский классик Владимир Бурмейстер 60 лет назад, вдохновившись пьесой Островского, поставил спектакль по старинным театральным правилам:

есть роль для нежной красавицы (амплуа "белый лебедь") и роль для женщины-огонь (вариант лебедя черного), есть виртуозные мужские партии (результат развития мужского танца в СССР), масса игровых моментов и истинная поэзия зимней сказки.

Традиционно предлагает отличный выбор Екатеринбург: "Урал опера балет" ставит в афишу в предновогодние дни "Снежную королеву", а в январе - "Сказки Перро".

Первый балет - приключенческая сказка в постановке Вячеслава Самодурова: стараниями художников Эрика Белоусова и Ирэны Белоусовой тролли получились похожими на обаятельные мягкие игрушки (так и потискать бы), а Снежная королева разъезжает по сцене на мамонте.

Сочетание сложновыстроенных танцев и "детской" сценографии не даст заскучать ни одному ребенку.

А вот на "Сказки Перро", музыку для которых написала по заказу театра Настасья Хрущева, малышей брать не следует - три молодых хореографа рассказали четыре сказки французского классика так, как они задумывались - для взрослой аудитории.

И влюбленного волка в истории про Красную Шапочку очень жаль, а вот агрессивную бабушку, желающую разлучить влюбленных, вовсе нет.

В Петрозаводске, кроме привычных "Щелкунчиков", Музыкальный театр предлагает свою версию истории о Снегурочке - она называется "Вертикаль".

Один из самых ярких сегодняшних молодых хореографов Виктория Арчая поставила балет-притчу. Главная героиня переживает первую влюбленность, которая быстро приводит к катастрофе (тоже, понятное дело, не детское зрелище, а вот для взрослых - в самый раз).

Красноярск гордо ставит в декабрьскую афишу череду "Спящих красавиц" - в Сибири решили праздновать Новый год с императорским размахом.

Этот балет Чайковского в постановке Мариуса Петипа традиционно называют "энциклопедией русского балета", потому что в нем есть все виды танца, предусмотренные классическим словарем, и роли для артистов самого разного типа.

Но дети на вопрос "Что тебе больше всего понравилось?" всегда отвечают: "Голубая птица".

Встроенная в общий сюжет маленькая сказка о принце, которого заколдовал злой волшебник, но он и в птичьем виде нашел способ увидеться с возлюбленной, прилетая к ней на окно, рассказана Мариусом Петипа с помощью таких виртуозных прыжков и заносок (удар одной ногой о другую в воздухе - Прим. ред.), что этот дуэт Голубой птицы и его принцессы всегда вызывает овацию.

В Мариинском театре выбора нет: он засыпан "Щелкунчиками", как Петербург снегом.

Зато это два разных "Щелкунчика" - есть версия Вайнонена, в которой выходят сегодняшние звезды, есть и версия Кирилла Симонова (которую балетоманы называют "Шемякунчиком", потому что художник Михаил Шемякин, оформлявший спектакль, явно был главным человеком на постановке, работая с совсем молодым тогда балетмейстером).

Петербург шлет послов и в Москву: 18 и 19 декабря на сцене Кремлевского дворца в мышей и отважных борцов с ними превратятся учащиеся Академии Русского балета.

При этом детский репертуар Мариинского театра подрастает, в этом году вышла премьера сказки "Коппелия" в постановке Александра Сергеева. Можно надеяться, что через некоторое время в этом театре тоже можно будет задуматься над афишей - что же выбрать из всего этого многообразия?

Анна Гордеева