Статьи

Завершился третий сезон проекта «Большой балет» телеканала «Россия Культура». В популярном конкурсе победили Ксения Шевцова и Дмитрий Соболевский — солисты Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко.

Мы встретились с лауреатом в номинации «Лучшая балерина» и узнали немало интересного, в том числе о «зеленом спектакле» «Щелкунчик», в котором молодая прима впервые станцует Машу.

- Уходящий год проявил к Вам явную благосклонность и завершился победой в «Большом балете». Телепроект стал самым памятным событием?

Самым важным из всего, что случилось в моей жизни в этом году, считаю 100-летие театра. Все круглые даты прекрасны, но все-таки: век — это век, и мало кому удается встретить на сцене такой праздник. Я — встретила. В юбилейный сезон я стала прима-балериной — это значительное и очень приятное для меня событие. Появились новые роли и, прежде всего, любимая Жизель.

Когда еще в школе меня спросили о том, что бы я хотела подготовить на выпускной концерт, то я, не задумываясь, ответила: «Жизель» или «Шопениану».

Наверное, со стороны меня воспринимали иначе, потому что все удивились, а мой педагог заметила: «Думала, назовешь «Щелкунчика» или «Кармен», а тебя потянуло к романтическому балету». Так что Жизель можно назвать мечтой. Моя работа над этой героиней продолжается, и надеюсь на следующих спектаклях раскрыть ее характер глубже.  

- Как попали в «Большой балет»?

По рекомендации Лорана Илера — руководителя нашей балетной труппы. Услышав его слова, подумала: «Зачем, из этого ничего толкового не выйдет». Раньше, когда мне что-то предлагали, я обычно сразу отказывалась, потому что боялась не оправдать доверие, разочаровать ожидания. В последнее время с собой борюсь, стараюсь преодолеть страхи и неуверенность, внушить себе, что справлюсь.

- Какие впечатления остались? Наверное, нервничали — все-таки популярный проект, огромная аудитория телезрителей...

Я впервые участвовала в конкурсе, но волнения не испытывала. Никого удивлять не собиралась, хотела просто хорошо станцевать, качественно показать разные программы и достойно представить наш театр. На проекте все происходило достаточно быстро и спонтанно.

Репетиции и съемки расписаны по часам, мы приезжали на площадку в определенное время и сразу включались в работу. Жаль, что общаться с коллегами удавалось мало, хотелось бы поближе познакомиться, побольше узнать друг друга.

- Дмитрий Соболевский — Ваш постоянный партнер?

Лоран всегда соединяет разных партнеров и, думаю, делает это специально, чтобы не возникало привычки. Дуэты меняются, мы получаем возможность по-новому раскрыть образ, ведь в спектакле отталкиваешься от поведения и реакций партнера.

В проекте мы танцевали с Димой — с ним надежно и комфортно, он — спокойный, от него исходят положительные эмоции. Дима легко соглашался на мои предложения: «да-да, я не против, все — что ты захочешь», но если он считал, что нужны какие-то изменения в танце или отношениях персонажей, то на этом настаивал. Мне нравится, что он прямо высказывает свое мнение.

- Вы тоже без боязни доказывали свою точку зрения членам жюри, вступали с ними в разговор. Судьи казались строгими?

Всегда внимательно отношусь ко всем замечаниям, прислушиваюсь к мнению друзей, к уважаемому жюри — тем более. Мои ответы — не сопротивление, они не были вызваны несогласием, просто свои взгляды никогда не скрываю. Может, это какая-то защитная реакция или черта характера. Дискуссия позволяет мне найти правильный ответ.

Вообще мне казалось, что жюри к нам очень лояльно — я таких добрых слов и высоких оценок не ожидала. Конечно, было приятно слышать их похвалу, иногда даже думала: «Как же так? Мы плохо отработали, а им нравится...»

- Победа была неожиданной?

Да, к своему опыту в «Большом балете» я относилась скептически, с опаской, да и не шла на проект, чтобы попасть в лидеры, — такой цели перед собой не ставила, даже не думала об этом. Мне не так нужна была победа, как некоторым другим участникам. Сначала меня наградили сертификатом на фотосессию, и я была уверена, что это и есть мой приз.

Объявление о том, что я стала лучшей танцовщицей, честно говоря, застало меня врасплох.

- Вы учились в знаменитой Академии русского балета имени Вагановой, которая ассоциируется с чистотой и строгостью классического танца, а работаете в театре, славящемся свободой и жизнелюбием. Целенаправленно хотели в столицу и именно в этот коллектив?   

Признаюсь, что о Театре Станиславского знала мало. Собиралась в Германию — еще до окончания Академии меня пригласил Владимир Малахов в Государственный балет Берлина, которым он тогда руководил. Начала оформлять документы, процесс оказался долгим и сложным.

Во время выпускных экзаменов Игорь Зеленский позвал в Музыкальный театр. Эти два варианта были для меня самыми интересными, я долго выбирала, колебалась, советовалась с педагогами и в результате решилась на Москву, о чем ни разу не пожалела.

- Что ближе — петербургская правильность или московская вольница?

В подготовке партий равняюсь, наверное, на петербургские традиции, не потому, что задумываюсь об этом, просто я на них воспитана, это азы, ориентиры, школа. Кстати, они не кажутся мне строгими и холодными, как их часто представляют. Московский темперамент мне, возможно, ближе, я даже часто опасаюсь переиграть, боюсь «перепошлить».

- Вам посчастливилось стать ученицей народной артистки СССР Маргариты Дроздовой. Она — балерина неповторимого стиля, звезда этого театра, носитель его традиций. Как складываются ваши отношения?   

К Маргарите Сергеевне я попала сразу, как пришла в театр. В тот год меня единственную добавили к ней в класс. Я была счастлива. Правда, думала, что она меня выбрала, но оказалось — худрук определял места для новых артистов.

Мой педагог — удивительный, она учит не только балету, скорее — воспитывает. Она ведет, и хочется за ней следовать, все ее ученицы мечтают быть похожими на нее, хотя все — разные.

У Маргариты Сергеевны есть прекрасное качество — она чувствует людей. Дает свободу и возможность раскрыться, не убивает веру в себя. Все роли репетирую только с ней, и сколько бы я ни спорила с педагогом, в конечном итоге всегда опираюсь на ее мнение.

- Руководит труппой Лоран Илер — иностранец, иной менталитет, французская культура. Какой он?

Его иностранного происхождения я не чувствую. Он — харизматик, горячий, темпераментный, очень жадный до работы. По-моему, ему самому хочется танцевать, он загорается, когда начинает что-то показывать. Лорану, думаю, даже интереснее репетировать с нами, нежели руководить.

Он хочет передать свой опыт, все время вносит корректировки, и мы понимаем, что делаем одно дело. Наша задача — не соревноваться во мнениях, а сойтись в чем-то одном. Путь к общему результату — очень интересен, потому что мы подбираем к нему разные ключи.

- Когда почувствовали, что он Вас ценит?

После гастролей в Мюнхене. Там произошла случайность, которая обернулась для меня удачей. Мы показывали балет «Майерлинг», я ехала как запас, который вроде и не нужен — поначалу не хотели брать. Работала как артистка кордебалета, что называется, «выносила плащ».

В одном из последних спектаклей не участвовала и смотрела балет из зала. Танцевали Наталья Сомова и Сергей Полунин. Мы знали, что у Натальи — травма, в тот вечер я сразу поняла, что ей явно нехорошо. За мной прибежали — оказывается, меня вызывали по трансляции, но я не могла это слышать из зала. Единственно, что успела — надеть костюм Марии Вечеры.

- Эту партию Вы танцевали в Москве?

Да, но давно, в паре с Георгием Смилевски. В тот вечер с Сергеем Полуниным мы встретились только на сцене, не имея возможности ни о чем договориться, он даже не знал, кто к нему выйдет.

Ситуация сложилась форс-мажорная, а меня неожиданные повороты не пугают: ты не планируешь поведение своей героини, а выстраиваешь его, отвечая на действия, взгляды, жесты партнера. Получается естественно и свежо. Сережа — искренний актер и надежный партнер, он меня успокаивал шепотом: «тихонечко, спокойненько, здесь не торопимся, не волнуйся, я поддержу». Все получилось.

Еще до поездки в Мюнхен Лоран предложил нам с Сережей Мануйловым готовить «Сильфиду». На следующий день после возвращения руководитель вызвал меня в кабинет и сказал: «Сильфиду» — откладываем, хочу, чтобы Вы станцевали «Лебединое озеро». Я впала в шок.

Это же такая высокая, голубая классика, которая требует идеальную балерину. Согласилась, потому что деваться мне было некуда. Тогда я поняла, что Илер меня «видит» и не случайно в каждом балете дает мне сольный выход. В итоге он сделал меня прима-балериной.

- Как происходило возведение в высокий ранг?

Неожиданно и торжественно. Закончился балет «Манон» — он выматывающий, эмоциональный — я стояла на поклонах, выжатая полностью, и думала: быстрее бы закрыли занавес. Даже не заметила, что Илер вышел на сцену. Только когда он начал говорить в микрофон, повернула голову в его сторону и услышала, что он произносит мое имя.

Сначала не поняла, почему прима-балерина, ведь я была первой солисткой, но оказалось, что меня перевели через ступень ведущей солистки. Не только я, но и Маргарита Сергеевна не знала о решении руководителя. Теперь наступило очень ответственное время — положение ко многому обязывает.

- В предпраздничные дни у Вас дебют в самом новогоднем балете.    

Да, сейчас готовлю Машу в «Щелкунчике». Ее я танцевала один раз на выпускном спектакле в Академии — это тоже была работа быстрого реагирования, первоначально меня не было в составах. «Щелкунчик» — символ рождественского и новогоднего счастья, возможность всем зрителям и участникам спектакля окунуться в детство.

В праздничные дни мы устраиваем «зеленые спектакли» с шутками и какими-то розыгрышами — их не всегда замечает публика, но радостная атмосфера передается. Накануне Нового года хочется настроиться на праздник, повеселиться и пошутить.

Беседу вела Елена Федоренко