Энциклопедия

Плодотворной для Пушкина оказалась болдинская осень 1830, когда после помолвки с Натальей Николаевной Гончаровой в апреле и летнего дара отца к свадьбе сына – небольшой части Болдина, сельца Кистенева, он выехал в сентябре, чтобы вступить во владение, рассчитывая через три недели вернуться назад, но оказался запертым холерным карантином на три месяца, за которые написал Повести Белкина, маленькие трагедии, стихотворения Бесы, Минувших дней угасшее веселье, Для берегов отчизны дальной, Труд, поэму Домик в Коломне! Почти все печатается: из маленьких трагедий, например, остался в бумагах поэта только Каменный гость. И вот, поди ж ты! – публика все больше разочаровывается в былом своем кумире.

Постоянная новизна (новаторство сказывалось даже в мелких лирических стихотворениях тем, что впервые поэт запечатлевал в них не возвышенные, а самые обычные человеческие чувства) – вот что отпугивало читательскую публику от Пушкина.

После Пушкина, осваивая и усваивая уроки его поэзии, русская литература приучила читателя к сопереживанию, научила его понимать поэзию обыденности (Некрасов, Фет, Блок). Пушкина волновали отношения с читателями. Немало его стихотворений посвящены этой теме (Поэт (1827), Поэт и толпа (1828), Поэту (1830), Я памятник себе воздвиг нерукотворный (1836)), в которых он отстаивал суверенность художника, его право на выражение своей «тайной свободы».
Женитьба Пушкина в 1831 поначалу сближает его с царем, которому нравилась его жена. Николай возвращает его на государственную службу и уже через две недели жалует в титулярные советники (9 класс). В последний день 1833 ему пожалован и придворный чин – он становится камер-юнкером. Ему разрешено работать в государственных архивах, что для него, сперва занимавшегося историей Пугачева, а после захотевшего написать историю Петра I, очень важно. Однако царь недоволен постоянным увеличением семьи Пушкиных. Ему хочется видеть Наталью Николаевну на придворных балах, а за шесть лет ее семейной жизни она родила четырех детей и один раз у нее случился выкидыш.

В семейной жизни Пушкин не был несчастлив: духовную близость с женой подтверждают его письма к Наталье Николаевне, которая, вопреки мнению позднейших биографов, не являлась пустенькой легкомысленной кокеткой. Но постоянно увеличивающаяся семья требовала все больших расходов, и сильно нуждающийся глава семьи принимает решение переехать в деревню, где жизнь несравнимо дешевле столичной и где он мог бы спокойно творить. На свете счастья нет, – писал в стихах 1834 Пушкин, – но есть покой и воля. / Давно завидная мечтается мне доля – / Давно, усталый раб, замыслил я побег / В обитель дальнюю трудов и чистых нег. Он вовсе не метафорически назвал себя «усталым рабом», который может только «мечтать» о «завидной доле»: обрести «покой» и осуществлять свою творческую волю. Просьба об отставке с оставлением за ним права пользоваться архивами, которую он подал в том же 1834, взбесила Николая, убежденного, что поэт попросту демонстрирует неблагодарность ему за все, что тот для него сделал. Царь неумолим и резок: архивами могут пользоваться только госслужащие! Над Пушкиным повисла угроза царской опалы. И она бы воспоследовала, если б не Жуковский, настоявший на том, чтобы его друг забрал свое заявление, и смягчивший гнев государя.

Весной 1836 года после тяжёлой болезни умерла Надежда Осиповна. Пушкин, сблизившийся с матерью в последние дни её жизни, тяжело переносил эту утрату. Обстоятельства сложились так, что он, единственный из всей семьи, сопровождал тело Надежды Осиповны к месту погребения в Святые горы. Это был его последний визит в Михайловское. В начале мая по издательским делам и для работы в архивах Пушкин приехал в Москву. Он надеялся на сотрудничество в «Современнике» авторов "Московского наблюдателя". Однако Баратынский, Погодин, Хомяков, Шевырёв не торопились с ответом, прямо не отказывая. К тому же Пушкин рассчитывал, что для журнала будет писать Белинский, находившийся в конфликте с Погодиным. Посетив архивы Коллегии иностранных дел, он убедился, что работа с документами петровской эпохи займёт несколько месяцев. По настоянию жены, ожидавшей со дня на день родов, Пушкин в конце мая возвращается в Петербург.

По воспоминаниям французского издателя и дипломата Лёве-Веймара, побывавшего летом 1836 года в гостях у Пушкина, тот был увлечён «Историей Петра», делился с гостем результатами своих архивных поисков и опасениями, как воспримут читатели книгу, где царь будет показан «таким, каким он был в первые годы своего царствования, когда он с яростью приносил всё в жертву своей цели». Узнав, что Лёве-Веймар интересуется русскими народными песнями, Пушкин сделал для него переводы одиннадцати песен на французский. По мнению специалистов, изучавших эту работу Пушкина, она была выполнена безукоризненно.

Летом 1836 года Пушкин создаёт свой последний поэтический цикл, названный по месту написания (дача на Каменном острове) «каменноостровским». Точный состав цикла стихотворений неизвестен. Возможно, они предназначались для публикации в "Современнике", но Пушкин отказался от неё, предвидя проблемы с цензурой. Три произведения, несомненно принадлежащие циклу, связаны евангельской темой. Сквозной сюжет стихотворений «Отцы пустынники и жены непорочны», «Как с древа сорвался…» и «Мирской власти» — Страстная неделя Великого поста. Ещё одно стихотворение цикла — «Из Пиндемонти» лишено христианской символики, однако продолжает размышления поэта об обязанностях живущего в мире с собой и окружающими человека, о предательстве, о праве на физическую и духовную свободу. По мнению В. П. Старка: «В этом стихотворении сформулировано идеальное поэтическое и человеческое кредо Пушкина, выстраданное всей жизнью».


В 1836 – самый трудный для него жизненный период, Пушкин создал знаменитый жизнеутверждающий «каменноостровский» стихотворный цикл, куда вошло стихотворение "Я памятник себе воздвиг нерукотворный", предсказавшее, как выяснилось, посмертную судьбу творчества поэта. В 1836 написал и опубликовал в журнале «Современник» (№ 4) Капитанскую дочку, под которой выставил знаменательную для всех лицеистов дату 19 октября, показав тем самым, что вместе со стихами, обращенными к лицейским друзьям (19 октября, 19 октября 1827, 19 октября 1828, незавершенное "Была пора: наш праздник молодой") его роман с очень знаменательным эпиграфом: «Береги честь смолоду» является еще и ободряющим посланием к друзьям-лицеистам.

Последний год жизни был отравлен происками его врагов, демонстративным ухаживанием за Натальей Николаевной кавалергарда Дантеса, приемного сына голландского посла. Дважды Пушкин рвется на дуэль с ним. В первый раз она не состоялась из-за неожиданной женитьбы Дантеса на сестре Натальи Николаевны Екатерине. Второй вызов привел к дуэли 27 января 1837, на которой Дантес ранил противника в живот, и рана эта оказалась смертельной.

Власти чрезвычайно обеспокоились тем, что за два дня, пока умирал в своей квартире Пушкин, множество людей приходило справиться о его здоровье. Умер 29 января (10 февраля) 1837 в Петербурге. Пошли на подлог после смерти поэта: публично объявили об отпевании в одном храме, куда и направились толпы людей, но оказалось, что покойного отпели в другом месте. После отпевания гроб с телом был немедленно увезен в Святогорский монастырь, где Пушкина похоронили рядом с его матерью.

Как и предвидел Пушкин, посмертная судьба его творчества оказалась намного счастливей прижизненной. Уже в 1841 году Жуковский печатает многие неопубликованные произведения (правда, нередко подвергая их цензурной правке). В 1859 критик А. Григорьев провозгласил: «А Пушкин – наше все: Пушкин – представитель нашего душевного, особенного…». В 1880 пафос выступлений всех крупнейших литераторов России на открытии памятника Пушкина в Москве заставил вспомнить давнее пророчество Белинского: «Влияние Пушкина было не на одну минуту; оно окончится только разве с смертию русского языка».