Статьи

Как Ухань чуть не стала Миннесотой, а доктор-мученик Ли Вэньлян - Джорджем Флойдом

В критический момент китайской истории – беспрецедентной по меркам всего человечества полной блокады 15-миллионного мегаполиса Ухань - «профессиональное» востоковедное сообщество оказалось в неловком положении:

вместо того, чтобы предоставить какие-либо разумные причины такой блокады, которой в Китае не было даже при вспышке смертельной эболы, но случилось при сотне заболевших и нескольких умерших от ОРВИ, ведущие востоковеды страны, занимающие высокие должности и консультирующие центральные органы власти РФ, без преувеличения продемонстрировали тотальную некомпетентность в отношении ведущего стратегического партнёра современной России.

С экранов телевидения и полос ведущих изданий на вопрос о событиях в Ухань ведущие «востоковеды» рассказывали о том, что «эпидемию в Китае помог победить Мао Цзэдун», проще говоря дублировали западный миф о том, что при авторитарной диктатуре Си в тоталитарном китайском обществе закрытие мегаполиса – обычное дело.

По словам «востоковедов», локдаун, стоивший по оценкам МВФ в первом квартале 2020 года 36,6% китайского ВВП, а по оценкам китайского Госстата 6,8% ВВП или величины до 1 трлн долларов, был эффективным средством в борьбе с простудными заболеваниями.

Эти «экспертные оценки» казались ещё более удивительны, с учётом того, что речь шла вовсе не о скандинавах, а о скученной азиатской нации, где меры тотального карантина, особенно когда из Ухань на праздники уже уехало 5 млн человек – было весьма сомнительным профилактическим решением.

Посадить миллиардную нацию, тысячелетия проводящую время в больших компаниях, как тех же итальянцев, на карантин и социальную дистанцию – в это могли поверить только обыватели на западе, столетиями слушающие сказки от Вольтера об идеальном китайском царстве.

Сегодня, когда события карантина в США переросли в массовые политические беспорядки именно в штатах и городах под руководством оппозиционной Трампу Демпартии, фундаментом для которых стало 30 млн безработных жертв локдауна, а немецкие микробиологи доктор К. Райс и доктор З. Бхакди выпустили исследование «Корона – ложная тревога?

Цифры, данные и подоплека» (Dr. Karina Reiß, Dr.Sucharit Bhakdi «Corona Fehlalarm? Zahlen, Daten und Hintergründe»), отражающие западную пропаганду словоизлияние «ведущих востоковедов» кажется чем-то большим, нежели дилетантизм.

Ещё одним аргументом об «уханьском самостреле китайцев» было мнение, что «команду на закрытие Ухань дал сам Си Цзиньпин», о чём и сообщил на страницах партийного издания «Цюши».

В действительности же на страницах «Цюши» в опубликованной речи от 3 февраля 2020 года Си Цзиньпин отмечает, что 22 января (за день до закрытия Ухань) поручил «строго регулировать и контролировать выезд людей из провинции Хубэй», а не «заблокировать Ухань».

Си Цзиньпин указывает, что закрытие транспортного сообщения в Хубэй сыграло важную роль, однако сразу же разъясняет: полностью это выезд людей не прекратило, проблему это не решило и эпидемия стала стремительно распространяться дальше.

Налицо противоречие: если Си Цзиньпин сам дал распоряжение «взять в осаду Ухань», зачем самому себе со страниц ведущего партийного издания говорить о неэффективность собственного распоряжения. Очевидно, что критика адресована инициаторам локдауна.

После чего их закономерно снимают с должностей и они исчезают из новостной ленты по причинам, которые станут известны в ближайшем будущем.

«Строго контролировать и регулировать» выездной трафик, очевидно, было решено и в других очагах ОРВИ, например, в не менее крупном мегаполисе Ханчжоу – однако там, почему-то местные власти «контролировать и регулировать» трафик предпочли адекватным путём: на всех пунктах авто- и железнодорожного сообщения, а также в аэропортах был введён строгий противоэпидемиологический контроль и жёсткие требования к соблюдению профилактических мер.

Это серьёзно затормозило особенно автодорожный трафик, но речи о полной блокаде не шло.

Это и называется «строгое регулирование и контроль», введённый во всех районах Китая как базовая модель, а не тотальный локдаун, который был позже повторен демократами в ряде штатов США и стал главным драйвером масштабных протестных акций.

Если слова Си для некоторых «востоковедов» выглядят обтекаемо, а интерпретация выше двусмысленной, и он не пишет в «Цюши» с русской прямотой – «я не контролирую ситуацию в стране, вы превысили полномочия и закрыли Ухань, встал весь Китай, за что вы ответите и вас надо будет в ближайшее время арестовать», то более красноречиво о решении заблокировать Ухань говорит сам мэр Ухань, бывший комсомольский руководитель Чжоу Сяньван в своем интервью от 27 января.

Мэр достаточно подробно объясняет, что историческое решение о закрытии города он принял лично, согласовав его с местным секретарем горкома Ма Гоцяном, и кивает головой в сторону поддержки комсомольского премьера Ли Кэцяна, панибратски называя его по имени. Чжоу подчеркивает свою роль в локдауне:

«Даже если нас уволят», мы все равно сделали все правильно для того, чтобы оставить эпидемию, на благо человечества.

Чжоу Сяньван: «Запечатать город» с населением более десяти миллионов человек – некоторые говорили, что в истории человечества такого не было, в истории развития городов тоже не было, однако столкнувшись с угрозой сегодняшней эпидемии, мы закрыли эту дверь.

Возможно, мы бы остановили эпидемию, однако в истории бы наши имена остались бы поруганными. Однако мы считали, что главное было эффективно контролировать эпидемию, главное, чтобы это было в интересах безопасности жизни человечества.

Ма Гоцян сказал, что можем понести любую ответственность, потому что закрытые нами люди будут недовольны, если нас снимут с должности и слава Богу, главное, что мы хотели сдержать эпидемию».

Мэр принял решение о блокировке города самостоятельно, в интервью 27 января он не ссылается на директиву Си Цзиньпина от 22 января, которая бы сняла с него всю ответственность и опасения в увольнении.

Но «востоковеды» из очень статусных научных центров и не только продолжают с упорством безумцев игнорировать реальность и настаивать на том, что Ухань заблокировал Си Цзиньпин, а «эпидемию победил Мао Цзэдун».

Вопрос о инициаторах локдауна не такой второстепенный как кажется, потому что именно прецедент блокирования Ухань стал основным триггером не только всеобщей паники в Китае, уже 20 лет ежегодно пропускающего мимо ушей страшилки СМИ о новых вирусах со страшными для китайцев латинскими буквами, но и примером для таких же локдаунов в Европе и США.

Кто и зачем инициировал локдаун, дёрнув стоп-кран китайской и мировой экономики – возможно, один из самых главных вопросов нового десятилетия, а то и куда более длительного периода истории XXI века.

Настоящим востоковедам стоило бы более глубоко и вдумчиво разбирать генезис произошедшего, нежели походя использовать единственный и слабый аргумент о самостреле Си Цзиньпина, вырванной из контекста строчки издания «Цюши».

Локдаун китайской экономики был инициирован группой выходцев из Комсомольской организации, тесно связанной с Демократической партией США:

речь вовсе не идёт только о мэре Ухань – в течение трех следующих дней по цепочке стали закрываться города Китая – Хуанган, транспортное сообщение Пекина, меры избыточного карантина ввели в Сучжоу – все эти решения были приняты выходцами из руководящего звена Комсомола – «китайской демпартии», руководители которой подвели Китай под всеобщий бунт на Тяньаньмэнь в 1989 году.

После чего в Хубэй началась масштабная операция по ликвидации этой группы с использованием сил Центрального комитета контроля, НОАК, полной заменой руководства.

Именно поэтому ситуация, которая к февралю начала приобретать все признаки оранжевой революции не переросла в леворадикальные погромы, которые произошли в США, а доктор Ли Вэньлян – мученик в борьбе с ОРВИ и полицией Ухань – не стал героем-жертвой как Джордж Флойд.

Си Цзиньпин не устраивал уничтожение китайской экономики и сотню миллионов безработных, готовых выйти на улицы и поддержать любую форму организованного протеста.

Решительные действия НОАК, лояльных Си Цзипьпину руководителей, а также Центрального комитета контроля купировали самый главный триггер оранжевой революции – возможность части политической элиты Китая – Комсомола выступить в поддержку нарастающим протестным акциям в Китае.

Сегодня мы видим, что «демократическая» оппозиция в полной мере использует последствия организованного ими же локдауна в США против Трампа. И это происходит по всему миру. Бескомпромиссная борьба суверенных лидеров всего мира против филиалов «леводемократической» глобализации заметна всем.

Идёт это борьба и со стороны проармейской группы Си Цзиньпина, проведшей поправки в Конституцию и отменив ограничения по срокам для руководителя страны именно для того, чтобы не допустить юридической возможности смены власти со стороны Комсомола, мощными ударами уничтожает комсомольскую оппозицию уже на протяжении нескольких лет, а с прошлого года взялась за главного комсомольского преемника – Ху Чуньхуа, уроженца Хубэй.

С середины 2019 года один за одним слетают с постов комсомольские руководители регионов, а во Внутренней Монголии, где Ху Чуньхуа руководил райкомом два года арестовали нескольких бывших вице-губернаторов.

Факты сильнее любых умозрительных построений и заявлений политиков. Именно факт полной смены руководства Хубэй говорит о том, что оно действовало не в русле директив центрального руководства. И не просто допустило ряд ошибок в профилактике заболевания, но действовало вопреки линии на стабилизацию ситуации.

Однако сменой руководства Хубэй и заменой их на выходцев из силового блока и уроженцев Чжэцзян, которой Си Цзиньпин руководил несколько лет, процесс не ограничился – в течение двух месяцев в Китае были арестованы четыре вице-губернатора, трое из которых были руководителями комсомольской организации.

Учитывая, что в Китае 34 региона (с Тайванем), то в России бы это означало арест 10-12 вице-губернаторов.

Кроме вице-губернаторов был понижен в должности комсомольский заместитель начальника здравоохранения – его отправили лечить Хубэй, был арестован замминистра общественной безопасности (МВД), который руководил полицией в Хубэй и допустил там критическое нарастание протеста, к 15 годам был приговорен известный антикоррупционнй блогер, арестован китайский оппозиционный политик, создатель движения за гражданские права и призывавший к отставке Си Цзиньпина, арестован миллиардер-девелопер, призывавший к отставке Си Цзиньпина.

Параллельно с этим в Китае разрастался социальный протест, 31 марта во втором по величине городе провинции Хунань – Чжужоу с населением 4 млн человек – разъярённая толпа разорившихся предпринимателей попыталась прорываться к зданию городской администрации, на границах Хубэй и Цзянси трудовые мигранты громили полицейские машины.

Всё, что нужно было для взрыва социального протеста – это поддержка сверху, как и произошло в США. Но этой поддержки не последовало – потому что НОАК и Центральный комитет контроля парализовали верхушку Комсомола.

Вспомним, что действия Си Цзиньпина по ликвидации Хубэйского кейса начались не с выступления 3 февраля, которое позже было опубликовано в «Цюши» - а с обращения к наиболее здравоохранительной организации КНР – Народно-освободительной армии Китая 29 января 2020 года, когда Си призвал начать военную операцию по профилактике эпидемии.

В считанные дни из штабов всех боевых зон в Ухань воздушным транспортом было переброшено 5 тысяч военнослужащих НОАК, после чего в город пребывает его бывший руководитель, а на тот момент руководитель секретариата Политико-юридической комиссии ЦК, курирующей весь гражданский силовой блок, Чэнь И-синь, после чего происходит профилактика Ухань:

с постов уходит секретарь горкома Ма Гоцян, который санкционировал локдаун, и секретарь обкома Хубэй Цзян Чаолян. на их места приходят – тесно связанный с оборонной промышленностью шаньдунец Ван Чжунлинь и выходец из прокуратуры Чжэцзян – мэр Шанхая Ин Юн.

Действительно, все самые передовые микробиологи и вирусологи Китая начали работать с вирусом, только не биологического, а политического характера.

В отличие от Трампа, Си Цзиньпин имел передовой опыт вирусологических исследований прошлого – именно через эпидемию SARS 2002-2004 годов Комсомол полностью отстранил верхушку Шанхайской группы от армейского руководства и осуществил пресловутый трансфер и замену шанхайских кадров в Гуандуне и Пекине.

В этот раз ситуация развивалась по жесткому сценарию: рост протестных настроений в Китае с 2011 года шел по экспоненте и увеличился в среде внутренних трудовых мигрантов более чем в 10 раз, а в конце 2018 года в Китае произошел и кардинально новый поворот в ставке на революцию через протесты с лидерством независимых профсоюзов (именно эта сила стала главной ударной группой, которая жгла танки НОАК на Тяньаньмэнь) – в ноябре 2018 года была ликвидирована одна из сетевых студенческих организаций – Общество марксистов, которое действовало как минимум в пяти городах.

Общество имело разработанную революционную символику и не гнушалась характерных для всех оранжевых революций символики с поднятым вверх кулаком – именно такую же символику и стали использовать после смерти доктора-мученика Ли Вэньляна вся пропагандистская машина Ухань.

Опыт SARS демонстрировал, что речь идет не об эпидемии, а попытке, мягко говоря, организовать «трансфер» власти: в связи с этим работа велась не только по линии армейского контроля и силового устранения верхушки локальной группы – но и по линии общественных настроений.

Си Цзиньпин и союзный ему Центральный комитет контроля направил в Ухань специальную группу по расследованию преступлений полиции по инциденту Ли Вэньляна.

Си Цзиньпин взял на себя функцию главного борца с эпидемией и полицейским произволом (как в свое время и возглавил кампанию против коррупции), а НОАК стало символом защиты от коварной заразы – армия перехватила у города инициативу строительства временных госпиталей.

Именно поэтому масштабный флэш-моб в поддержку мученика-офтальмолога, работавшего не по профилю и оставившего вдовой мать двоих своих детей, не перерос в движение поминовения святого апостола Дж.Флойда.

Разумеется работа была масштабной и всеохватной и максимально подробно описана в моей новой книге, однако накануне начала возможных всеобщих молодежных протестных акций – праздника Комсомола 4 мая, даже открытое обращение к китайцам советника по национальной безопасности президента США китаеведа-журналиста М. Поттинджера сплотиться и выступить в защиту Ли Вэньляна, арестованных христиан, уйгуров и прочих оппозиционных элементов с целью защиты своих гражданских прав – не получило эффекта.

Революция масок была сорвана: у революции не оказалось защитников сверху, они были парализованы решительными действиями китайских властей.

Тем не менее события первой половины 2020 года – далеко не последний акт в нарастающей драме противостояния суверенной армейской группы Си Цзиньпина и леводемократических глобального левого движения во главе с Демпартией США.

Первые летние месяцы после беспрецедентного по объему вливания денег в экономику Китая дали в конце июня первую положительную макростатистику в некоторых отраслях (например, чуть-чуть выросла прибыль промпредприятий), которая однако несоразмерна затраченным финансовым резервам:

это означает, что эмиссионная накачка китайской экономики будет терять свой эффект, а нарастающие негативные процессы в торговле с западными странами, вновь возобновившиеся эффект колоссальной безработицы, отложенной на несколько месяцев – даст новый всплеск радикализации политической борьбы, принимающей новый качественный характер в последнем квартале 2020 года:

очередной пленум Компартии совпадёт с выборами президента США и апогеем внутреннего противостояния в США, который не может не отразиться на внутриполитическом процессе в Китае, обострённом новой волной глобальной рецессии.

При этом ситуация массовых протестов, судя по их возобновлению в июне и именно в рабочей среде, далеко не исключена, а наоборот наиболее вероятно всю вторую половину 2020 года, а Народная республика Капитолия, организованная леворадикалами в американском Сиэтле, может еще загореться покрышками «Уханьской Народной Республики» или объявленной независимой в китайских соцсетях «Республики Хунань» – в любом месте Китая, где комсомольская оппозиция с опорой на «китайское Антифа» - «Общество марксистов» - решится на самоубийственную атаку.

Такое обострение возможно и в случае масштабных техногенных катастроф, одна из которых могла произойти в марте на АЭС «Хайян» в Шаньдуне, и тем более могут случиться на основном энергетическом объекте под контролем Комсомольской группы – гидроэлектростанции «Три ущелья» в провинции Хубэй, о чем я писал ещё в начале февраля и что сегодня становится реальностью.

Учитывая то, что поддержка проармейской и комсомольской группы в Китае сконцентрирована по отдельным регионам речь скорее будет вестись о выборе развития Китая между гибридной оранжевой революцией и гибридной гражданской войной (по образцу раскола Китая после провала политики Большого скачка 1960-1967 гг.), в рамках которой инициативы Си Цзиньпина будут, мягко говоря, игнорироваться целым рядом регионов, в том числе и экономически развитых.

Избежать этих двух огней, цветной революции и гражданской войны – задача лидера Китая.

Да и задача российско-китайского взаимодействия на ближайшие годы – ведь именно спокойный Восток даёт долгожданный простор действий на Западе.