Статьи

Сотрудник биологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова вместе с коллегами объяснил, с чем связаны изменения в кормовой базе (рационе) современных лошадей Пржевальского по сравнению с концом XIX века. Результаты исследования были опубликованы в журнале Scientific Reports.

Лошадь Пржевальского — это вид диких лошадей, представители которого обитали в Джунгарской части пустыни Гоби до середины ХХ века, но исчезли по вине человека. Сохранилось лишь несколько особей в зоопарках, они и стали родоначальниками всех существующих в настоящее время лошадей Пржевальского.

До 1990-х годов лошади содержались только в зоопарках и питомниках, численность их постепенно росла, и было решено попытаться вернуть вид в природу. Сейчас лошадь Пржевальского можно увидеть на свободе в Монголии и Китае. Это один из немногих примеров исправления человеком своих ошибок.

С конца ХХ века в разных странах, где в историческое время обитали лошади Пржевальского (в Монголии, Китае, Казахстане, а с 2015 года и в России), начали реализовываться проекты реинтродукции — переселения лошадей Пржевальского в природу. Джунгарская Гоби была их последним регионом обитания.

Дикие лошади слишком быстро были истреблены человеком, и осталось неясным, предпочитают ли они пустынные сообщества или степные, поэтому места для реинтродукции выбирались в разных природных зонах.

Существование лошадей в природе Монголии в течение уже более 20 лет показало, что в Джунгарской Гоби (в условиях пустыни и полупустыни) воспроизводство животных идёт значительно медленнее, чем в степной части страны.

«Цель нашего исследования — выяснить, изменились ли условия существования для лошадей Пржевальского, в частности кормовая база, в Джунгарской Гоби с конца XIX века по настоящее время», — рассказала главный автор Наталья Спасская, кандидат биологических наук, ученый секретарь Научно-исследовательского зоологического музея биологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова.

Ответить на поставленный вопрос помогли исследования количества стабильного изотопа углерода 13С в волосах из хвостов лошадей Пржевальского.

Этот изотоп содержится в разных количествах в клетках тканей травянистой и древесно-кустарниковой растительности, а с пищей попадает к растительноядным животным, где встраивается во вновь образуемые в организме лошадей химические вещества.

Соответственно, по количеству этого изотопа можно определить, было животное травоядным или листоядным.

Для целей исследования были взяты образцы волос из хвостов взрослых лошадей Пржевальского. Эти волосы растут долго и не подвержены сезонной линьке. Волосы были взяты из шкур животных, добытых в Джунгарской Гоби в XIX веке.

Такие экземпляры в мире единичны и хранятся только в Зоологическом институте РАН в Санкт-Петербурге и Научно-исследовательском зоологическом музее МГУ. Ученые сравнивали волосы из исторических образцов с волосами от современных реинтродуцированных в Джунгарии лошадей Пржевальского.

А для проверки полученных результатов аналогичные исследования, также с использованием музейных экземпляров, провели на куланах — это ещё один вид лошадиных, который обитает в Джунгарской Гоби.

В результате работы ученые выявили, что современные реинтродуцированные лошади Пржевальского пасутся на травянистых растениях во все сезоны года, в то время как в XIX веке это была их летняя диета.

Травянистые растения, преимущественно злаки, произрастают в равнинной части Джунгарской Гоби около родников, образуя своеобразные оазисы.

Отдельными пятнами на равнине и в большей степени в окружающих предгорьях встречаются и кустарники. Листья кустарников были в рационе лошадей Пржевальского в XIX веке в зимнее время.

Проявление у лошади Пржевальского сезонных особенностей в питании в историческом прошлом, вероятно, связано с вытеснением этого вида из оптимальных для него степных сообществ в полупустынные биотопы местным населением и домашним скотом.

Обитание в кустарниковых зарослях помогало лошадям, кроме всего прочего, скрываться во время охоты на них.

Это подтверждается описанием поведения диких лошадей, которое было сделано братьями Грум-Гржимайло в 1890-х годах, и воспоминаниями тех местных жителей, которые еще видели лошадей Пржевальского в 1930–1950-е годы.

В настоящее время к реинтродуцированным лошадям отношение другое: они обитают на охраняемой территории, где нет домашнего скота и людей, и стали национальным символом и туристическим брендом в Монголии.

Исследование также показало, что у куланов за прошедшие сто лет пищевое поведение не изменилось: у них проявляется такая же сезонность в использовании кормов, как и у лошадей Пржевальского в XIX веке. Как и лошади Пржевальского, куланы конкурируют с растущим количеством людей и домашнего скота.

Раньше на них интенсивно охотились, но и в настоящее время, несмотря на статус охраняемого животного, существует значительный уровень нелегальной добычи, поэтому куланы по-прежнему избегают встреч с человеком.

При этом куланы больше приспособлены к аридным (пустынным) местообитаниям: в их рационе больше полупустынных растений и они не так зависимы от водопоя, как лошади. В силу этих причин за последнее столетие этот вид не изменил свое пищевое поведение и кормовую базу.

«Результаты исследования заставляют подумать и о том, что в будущем рост численности лошадей Пржевальского будет вызывать увеличение конфликтов с местными скотоводами.

Будущие проекты реинтродукции — переселения животных в их естественные местообитания — должны быть направлены на восстановление лошадей Пржевальского в травянистых сообществах, оптимальных для существования этого вида, и при этом учитывать более высокий риск антропогенного давления», — заключила Наталья Спасская.

Примечательно, что музейные материалы более чем столетней давности смогли дать ответы на вопросы с помощью новых методик исследований. Это ещё раз демонстрирует непреходящую ценность музейных научных коллекций.

Работа проходила в сотрудничестве с учеными из Венского ветеринарного университета (Австрия), Зоологического института РАН (Санкт-Петербург, Россия), Монгольского государственного университета, Лейбницкого института изучения диких животных в зоопарках и в естественной среде (Германия), Норвежского института изучения природы и сотрудниками кластера Большого Гобийского заповедника (Монголия).