Статьи

Вячеслав Кочнов о премьере спектакля и не только

Больше десяти лет назад, в сентябре 2015-го, в московском «Президент-отеле» состоялась Международная конференция по борьбе с русофобией, организатором которой выступил известный политолог Алексей Кочетков. Одним из приглашенных лиц стал Вячеслав Кочнов - петербургский журналист, выпускник филологического факультета Ленинградского университета. 

В своем докладе он озвучил концепцию русского человека как «homo credens» - «человека верующего», в противовес определению Карла Линнея «homo sapiens» - «человека знающего». Впервые такую концепцию Вячеслав Кочнов сформулировал еще в далеком 1998 году, тогда же поделился ею на страницах общероссийской газеты «Я - русский» (Москва).

Сегодня Вячеслав Кочнов - обозреватель петербургского журнала «Эгоист». Знаток русской, французской, немецкой и античной литературы, меломан, неугомонный путешественник… его материалы есть продолжение его жизни. Подлинны. Увлекательны. Своего рода - откровение. Воплощение его кредо, созвучного со строками из поэзии Гумилёва:

«Есть Бог, есть мир,
Они живут вовек,
А жизнь людей мгновенна и убога.
Но всё в себя вмещает человек,
Который любит мир и верит в Бога».

Накануне 2026 года Вячеслав Кочнов дебютировал как режиссёр. Вместе с учащимися Гимназии при Русском музее представил спектакль по пьесе Мориса Мэтэрлинка «Воскрешение или Чудо святого Антония». Чем не повод для нашей беседы, дружеской. Не буду скрывать, нашей дружбе с Вячеславом Кочновым, «мостам» Москва-Петербург, Петербург-Москва почти пятнадцать лет.

-Слава, спектакль «Воскрешение умершей Гортензии или Чудо святого Антония» по некогда знаменитой пьесе Мориса Мэтэрлинка, как я понимаю, не первое твое обращение к театру. Ты был инициатором и продюсером постановки оперы «Путник» по монодраме Валерия Брюсова.

Что касается оперы «Путник», у меня нет желания возвращаться к этой истории, потому что люди, которым я предложил этот проект, увидев аншлаг на первом представлении в Санкт-Петербургской Академической Капелле, воодушевились и почему-то решили, скажем так, продолжать без моего участия: Бог им судья.

А обращение моё к театру не первое, даже и не второе, мне и не сосчитать какое: я никогда не афишировал своей театральной деятельности в качестве помрежа в двух санкт-петербургских театрах в силу того, что эта служба всегда была полуофициальной.

Там я получил незаменимый опыт, но мне совершенно не светила возможность самому поставить то, что мне хотелось бы. И, к сожалению, в этих театрах мне не представлялось ни малейшей возможности самому поставить какую-то из драм моего любимого Мэтэрлинка. Мало того, в Санкт-Петербурге не ставят ничего из Мэтэрлинка десятилетиями, кроме «Синей птицы»!

- В «Синей птице», спектакле во МХАТе, помню даже культового спортивного комментатора Николая Озерова в роли Хлеба. А как-то привела на спектакль племянника, ему лет пять-шесть было. В антракте он знакомился в кулисах с персонажами, не отходил от Сахара, от его пальцев - костюм был такой - можно было отломить себе кусочек.

Но вот спектакль закончился, и племянник чуть не расплакался: сказочные персонажи оказались обычными людьми, расходятся по домам. Расскажи, что позволило тебе осуществить самостоятельную постановку?

Поступило предложение, от которого я не мог отказаться. Предложение принять участие в качестве постановщика в ежегодном декабрьском театральном фестивале в гимназии при Русском музее (ГРМ). И сейчас, пользуясь случаем, я хотел бы выразить благодарность и. о. директора гимназии Елене Павловне Крижановской за предоставленную мне возможность поучаствовать в нем.

Для меня было огромной честью представить свой спектакль по драме Мэтэрлинка в Салоне графов Виельгорских, братьев Матвея и Михаила, где в Николаевскую эпоху собирался весь цвет русского высшего общества и где выступали Михаил Глинка, Роберт и Клара Шуман, Франц Лист, Гектор Берлиоз, Генрик Венявский…

- И гимназия при Русском музее, вероятно, не самая простая. Ориентирована на подготовку специалистов для музея?

Думаю, что на сегодня Российская гимназия при Русском музее, так она правильно называется - это, без сомнения, лучшая гимназия города, начиная с ее местоположения в самом центре так называемого «золотого треугольника» Санкт-Петербурга, и заканчивая добрыми традициями, выдающимся педагогическим составом и громкими именами и достижениями выпускников.

Да, гимназия ориентирована, прежде всего, на эстетическое и культурное воспитание ее учеников. Хотя и про естественные науки здесь не забывают.

- Пьеса Мэтэрлинка - философская притча. В чем ее актуальность для тебя, какие смыслы оказались ценными для учащихся?

Для меня актуальность сюжета о воскрешении святым Антонием усопшей Гортензии по молитве ее служанки Виргинии - в приоритете любви к ближнему и веры в Христа перед обыденными привычками и меркантильным интересом среднего обывателя.

К моему величайшему удивлению и удовольствию, именно эти смыслы оказались важны и для молодых людей, а это учащиеся 9А класса, игравших в моем спектакле. Многие из них имеют сценический опыт, занимаются в театральных кружках.

Меня больше всего порадовало то, что они «на ура!» приняли не только сам сюжет пьесы Мэтэрлинка, но и деятельное творческое участие в постановке, привнесли свой жизненный опыт, свои краски.

Особенно хочется отметить Дарью Летникову в роли служанки Виргинии и Глеба Черткова в роли святого Антония, который согласился играть эту роль, потому что сам - воцерковлённый верующий человек. Мне, честно говоря, хотелось бы перечислить всех, принявших участие в спектакле: работать с ними было интересно и увлекательно.

- Результат оправдал ожидания?

Превзошёл, что меня удивило и порадовало. Спектакль имел успех, был хорошо принят комиссией Фестиваля, в составе которой - театральные деятели, артисты петербургских театров и сотрудники Русского музея.

Среди них - один из ведущих артистов сегодняшнего БДТ блистательный Тарас Бибич, главный специалист по музейно-образовательной деятельности Русского музея, кандидат искусствоведения - авторитетнейший специалист в своей области - Алексей Бойко (сам, к слову, выпускник ГРМ) высказали много добрых и очень значимых слов и о Мэтэрлинке, и о его драме, и о нашей постановке, за что я им безмерно благодарен.

«И нам сочувствие дается, как нам дается Благодать», - наверное, именно о таких случаях говорил великий русский поэт Федор Тютчев. Скажу еще, что спектакль оказался единственным из четырнадцати представленных на Фестивале, который отмечен особым вниманием дирекции Гимназии: его судьба имеет продолжение.

Сейчас мы создаем профессиональную видеоверсию спектакля, в работе с учащимися мне помогает художественный руководитель театральной студии ГРМ замечательный театральный и киноактёре, выпускник школы-студии МХАТ Александр Владимирович Лухин.

- Чем объясняешь успех?

Прежде всего, гением Мориса Мэтэрлинка - лауреата Нобелевской премии по литературе за 1911 год - потрясающим сюжетом его «сатирической легенды в двух действиях» и, несомненно, увлеченной работой над спектаклем гимназистов, почувствовавших себя настоящими артистами.

- Верно ли, что сама пьеса «Чудо святого Антония» почти забыта на сегодняшний день?

Несмотря на очевидную востребованность у людей Серебряного века, Мэтэрлинк забыт практически весь, за исключением «Синей птицы».

«Чудо святого Антония» сейчас, слава Богу, идёт в Москве в «Современнике» и в «Новом драматическом театре», а вот в Санкт-Петербурге после постановки Мейерхольда 1906 года, то есть уже 120-летней давности, по моим сведениям, к «сатирической легенде» Мэтэрлинка городские театры не обращались: во всяком случае, сведений об этом в интернете и у живых театроведов я не нашел.

Чтобы пьеса была доступней и учащимся, и современному зрителю, я ее немного сократил и адаптировал: привнес названия петербургских улиц и некоторые современные реалии, бережно сохранив имена персонажей драмы из величайшего уважения и любви к ее автору.

- В спектакле участвуют, в основном, девушки. Почему, как ты думаешь?

По-моему, ответ очевиден: когда мы приходим в театр, каково соотношение зрителей женского и мужского пола? 70/30 или 75/25?

Причем большинство мужчин ходят в театры в качестве эскорта своих дам, поэтому гендерное соотношение подлинных театралов может быть еще более радикальным…

Девочки любят театр, мальчики предпочитают хоккей. К счастью, не все.

- Любопытно, но со спектаклем ты и в политический тренд попал. Незадолго до премьеры состоялось заседание Совета по культуре с президентом, на котором Владимир Путин подчеркнул важность задачи воспитания детей и юношества через культуру. Согласен?

Я не просто согласен. Работая над спектаклем, я лично для себя убедился, что воспитывать детей через театр можно и нужно. Такая деталь: в гимназии мне рассказали, что одна из девочек, игравших в моем «Чуде святого Антония», после спектакля воцерковилась, стала ходить в храм.

Отмечу, что идея воспитания детей через театр, конечно же, не оригинальна. Вспомним знаменитый роман взросления Иоганна Вольфганга Гёте «Театральное призвание Вильгельма Майстера», где автор, по сути, описывает свой собственный опыт игры в домашнем театре в годы своего детства.

- Родом из домашнего театра, кстати сказать, Константин Станиславский, создатель МХТ. Интересен твой взгляд на театр сегодня?

Я из тех, кто хочет вернуть театр туда, откуда он появился - в христианскую церковь в широком смысле этого слова.

«Чудо святого Антония» - мистерия католическая, но в ней нет ничего специфически «западного»: на месте святого Антония в российских реалиях можно легко представить себе, скажем, Серафима Саровского, Серафима Вырицкого, Матрону Московскую или Иоанна Кронштадского.

Только, к сожалению, русские драматурги, насколько мне известно, до сего дня не обращались к подобного рода сюжетам, или я их просто не знаю. У Булгакова, как известно, в современную ему Москву попадает Иоанн Грозный, но это совсем другая история - тоже комедийная, но не христианская.

Мне хочется вернуться к мистериальности представления, к обязательному присутствию Чуда и катарсиса в театральном действе.

Собственно, и античный театр, который положил начало всему, вышел из Элевсинских мистерий - перечитайте «Рождение трагедии» Ницше или «Дионис и прадионисийство» Вячеслава Иванова.

- Тема Христа в русской литературе, насколько мне известно, предмет твоего особого интереса.

Перед началом первого действия моего спектакля в качестве «небесного пролога» Глеб Чертков, исполнитель роли святого Антония, читает стихотворение Николая Гумилёва «Христос», и я рад, что это нашло поддержку и у самого артиста, и у моих зрителей, и у критиков.

В минувшем году в журнале «Эгоист» я даже опубликовал небольшое эссе «Христос в русской поэзии». В ходе исследований обнаружилось, что имя Христа у «солнца русской поэзии» Александра Пушкина упоминается всего лишь один раз и в богохульном (!!!) контексте.

Николай Бердяев где-то высказался о вопиющем парадоксе русской истории и культуры: Александр Пушкин и Серафим Саровский, будучи современниками, даже не подозревали о существовании друг друга.

Так вот лично для меня Серафим Саровский - представитель настоящего православного русского народа - важнее Пушкина. Потому что «солнце русской поэзии» Пушкин только светит, а солнце русского всего - батюшка Серафим - и светит, и греет.

А мне, признаться, у нас здесь, на севере иной раз трагически не хватает именно тепла - в широком смысле этого слова. Большая проблема русского сознания в том, что культура (условно - Пушкин) в нём, как правило, лежит на одной полке, а религия (условно - Серафим Саровский) - на другой.

И, на мой взгляд, это совершенно неправильно.

- Слава, не могу согласиться, однако, наши с тобой стилистические разногласия - не предмет настоящей беседы. А вот тему христианского театра хотела бы продолжить, в каких произведениях ее черпать?

Сегодня, на мой взгляд, сюжеты для христианского театра мы можем найти, прежде всего, у Рихарда Вагнера - в его грандиозных музыкальных драмах - таких как «Парсифаль», «Тангейзер», «Лоенгрин». «Снежная королева» Ганса Христиана Андерсена - тоже, кстати, христианская мистерия, но об этом не догадываются те, кто судит о ней по советскому кинофильму 1966 года.

Тогдашней цензурой там изъято все, касающееся Христианства, а именно: в оригинале у Андерсена бабушка читает Библию, а Герда, чтобы расколдовать Кая в царстве Снежной королевы, читает молитву «Отче наш» - и только это позволяет ей добиться успеха.

Я очень хотел бы найти достойный русский материал для христианского театра, нахожусь в поиске.

- Отношение к Православию, к Русской Православной Церкви нередко оказываются сегодня яблоком раздора. Не возникает ли у тебя внутренний конфликт с современным миром?

Некогда Николай Степанович Гумилёв провозгласил: «Я вежлив с жизнью современною, но между нами есть преграда». А я, пожалуй, с современностью - с этой продажной постмодернистской девкой непонятного пола - даже и церемониться не хочу, миндальничать - не вижу мотивов.

- Серебряный век не отпускает?

Я там, собственно, и проживаю - в Серебряном веке. Перефразируя строки известной песни, могу сказать: мой адрес - Серебряный век.

Это моя «башня из слоновой кости» - «la tour d’ivoire», этот роскошный пир Русского Слова: Федор Сологуб, Алексей Ремизов, Валерий Брюсов, Андрей Белый, Михаил Кузмин, автор упомянутого выше, хрестоматийного нынче стихотворения «Христос» Николай Гумилёв, Осип Мандельштам, Арсений Несмелов - огромное количество имен первой величины! 

Единственное, пожалуй, огромное культурное явление, которое связывало меня с современным искусством - Эдуард Лимонов - теперь уже, к сожалению, история. Лимонов занимался тем самым «жизнетворчеством», о котором Федор Сологуб говорил в предисловии к одному из своих романов:

«Беру кусок жизни, грубой и бедной, и творю из него сладостную легенду, ибо я - поэт. Косней во тьме, тусклая, бытовая, или бушуй яростным пожаром, - над тобою, жизнь, я, поэт, воздвигну творимую мною легенду об очаровательном и прекрасном».

Вот и я, по мере понимания и сил, занимаюсь творением своей легенды, частью которой и стала постановка «Чуда святого Антония» с учениками Российской гимназии при Русском музее.

Беседу вела Марина Алексинская