Статьи

Лидеры ХАМАС решили обменять пленников на овощи и предложили Израилю этот обмен

Александр Глебович Невзороф очень любил моргать. Бывало, уставится на кого-нибудь и смотрит, смотрит, а потом начнёт моргать быстро-быстро, и моргает до тех пор, пока человек не бросится бежать.

Так Александр Глебович несколько раз разгонял Государственную думу, а также правозащитников, собиравшихся в Центре Сахарова. Александр Глебович очень любил Россию и любил русский народ. Он жалел русский народ, потому что русский народ находился в первобытном состоянии: он ничего не умел, ни о чём не знал. Александр Невзороф надумал его спасать.

Он создал Общество спасения русского народа.

В это Общество входили Ольга Бычкова, Ольга Журавлёва, Оксана Чиж, Антон Орех, Станислав Белковский, Глеб Павловский, Майя Пешкова, Нателла Болтянская, Юрий Кобаладзе, Алексей Венедиктов, Евгений Ясин, Владимир Познер и Михаил Горбачёв. Общество ставило себе задачу создать новый русский народ, просвещённый и грамотный.

И они начали учить русских говорить по-русски. Обучение шло столь успешно, что вскоре Евгения Альбац стала окать, как владимирская крестьянка. Станислав Белковский обучился северному вологодскому выговору и стал говорить так, что его невозможно было понять.
Это объяснялось тем, что он говорит на северном русском диалекте. Ольга Бычкова в своих передачах стала говорить "чаво", "куды" и "откеда", словно она была старообрядкой.

Сам же Александр Невзороф сначала усвоил диалект жителей русских лесов, стал говорить "поемши", "поспамши", "куримши", "поиграмши", а потом совсем перешёл на древнерусский и стал говорить "прийдоха", "выпивоха", "обмираха", "забываха".

О его говоре проведали студентки из фольклорной экспедиции и пришли к нему записывать его говор. Потом издали записанное, и это называлось "сказы".

Нателла Болтянская распевала русские народные песни о холокосте, а Владимир Познер играл деревянными ложками, притоптывал и повторял: "Ай-люли, ай-люли".

Когда Александр Невзороф увидел, каких успехов достигли новые просвещённые русские люди, он решил вывезти их в Европу и повторить Дягилевские вечера, которые в своё время имели большой общеевропейский успех.

Майя Пешкова должна была танцевать, как танцевала в Париже Ида Рубинштейн. Для неё придумали деревянный саркофаг, из которого на сцене выпадала мумия, забинтованная множеством слоёв. И когда десятки слоёв этих бинтов разматывали, из них появлялась обнажённая Майя Пешкова и начинала танцевать.

Вся группа погрузилась в самолёт и прилетела в Европу. Но когда они вышли в Париже, их группу спутали с сирийскими беженцами и арестовали. Всех поместили в лагерь беженцев на берегу Ла-Манша, где они долгое время томились и бунтовали.

Их не пускали в основной тоннель, соединяющий Францию с Англией. А Невзороф и все остальные стремились в Англию, где у них были связи. Тогда Невзороф приказал копать собственный тоннель под Ла-Маншем, чтобы перебраться в Англию. Все стали копать.

Копали долго, но, должно быть, под землёй сбились с курса и поэтому прокопали тоннель не в Англию, а в сектор Газа, где палестинцы были окружены израильскими войсками.

Первым из тоннеля вылез Владимир Познер и, когда увидел небо, крикнул: "Друзья! Мы на свободе!".

Но, оглядевшись, увидел, что его окружают бойцы ХАМАС в чёрных масках и с автоматами. Когда все вылезли из тоннеля, бойцы ХАМАС спросили: "Вы кто и откуда?". Познер ответил: "Мы из России, мы русские, у нас кокошники".

Бойцы ХАМАС посмотрели их вещи и под кокошниками нашли множество кип. И они поняли, кто к ним явился.

Бойцы ХАМАС взяли их в плен и поместили в подземелье, где когда-то содержался еврейский капрал Гилад, а сами известили Израиль о том, что держат у себя неких пленников, и послали в знак подтверждения кипу.

В секторе Газа не хватало продовольствия, особенно овощей. Лидеры ХАМАС решили обменять пленников на овощи и предложили Израилю этот обмен.

В Газу прибыл сам Шимон Перес и начал торговаться.

За Алексея Венедиктова давали луковицу, за Евгения Ясина - помидор, за Владимира Познера - морковку, за Ольгу Быкову - редиску, за Ольгу Журавлёву - редьку, за Юрия Кобаладзе, поскольку он ходил немного в раскоряку, давали корень женьшеня, а Александра Невзорофа хотели отдать израильтянам бесплатно в виде "комплимента".

Однако сделка не состоялась: Израилю самому нужны были овощи, и он отказался от обмена. Тогда пленников вновь поместили в подземелье, где содержался когда-то капрал Гилад.

И охранники, сторожившие пленных, слышали, как из подземелья раздаётся "чаво", "куда", "откеда", а также "прийдоше", "обреташе", "побираше".

У пленников не было надежды на спасение, но тут в Газу из России прилетел пузатый писатель, у которого были хорошие отношения с лидерами движения ХАМАС, и вызволил пленников.

Он привёз пленников в Россию, но не в Москву, не на радиостанцию "Эхос Мундис", а в Орёл, к подножью памятника Ивану Грозному. Пузатый писатель сказал прибывшим: "Покайтесь, ехидны!".

Те стали каяться и целовать копыта коня. А когда покаялись, все без исключения приняли православие.

Пузатый писатель вернул их в Москву на станцию "Эхос Мундис", и только Нателла Болтянская отказалась вернуться на радио. Она устроилась работать на бензоколонку, и у неё случались романы с попутными дальнобойщиками.

Когда все обучились русскому языку, Александр Глебович Невзороф решил написать для русских новую историю.

Он считал, что история русского народа началась с Гайдара, и тогда же появилась новая династия - гайдарычи.

Губернатор Белых, управлявший в Вятке, был вятичем.

Юрий Кобаладзе, у которого наблюдалась некоторая кривизна носа, был кривичем.

Глеб Павловский и Станислав Белковский, которые умели накрывать поляну, были поляне.

Евгений Ясин, самый древний, был древлянин.

Михаил Горбачёв с родимым пятном на лбу был родимич.

А Владимир Познер был ильменский славянин.

Примечание:

События, приведённые в публикуемом тексте, являются вымыслом и не имеют ничего общего с действительностью. У персонажей, фигурирующих в повествовании, нет реальных прототипов. Совпадение имён тех, кто фигурирует в тексте, с реально существующими персонами является результатом эстетических ухищрений и ни в коей степени не должно побуждать читателя искать в героях романа реальных людей.