Статьи

Громкое убийство в Красногорске, где местный бизнесмен расстрелял своего старого знакомого, заместителя главы крупнейшего района Подмосковья, пытаются трактовать по-разному. Среди версий и месть за оскорбление, и «давление на бизнес». Хотя понятно, что главной причиной трагедии стала коррупция.

Достаточно ознакомиться с биографиями погибшего и убийцы, чтобы понять, что этих людей связывали долгие и близкие «деловые» отношения. Сомневаться в том, что «дружба» строилась на откатах — которые оба воспринимали как должное, а не как воровство, конечно, можно, но сотни и даже тысячи случаев подобного слияния власти и бизнеса, дошедших до суда, свидетельствуют об обратном.

При этом главный урок красногорской истории не в том, «как все плохо», а вовсе даже наоборот. Хорошо, конечно, не то, что убивают — а то, что конфликт внутри коррупционных мафий обостряется.

Либеральные обличители объясняют усиление конфронтации тем, что вследствие кризиса «пирог сокращается», на всех не хватает, вот и возрастает внутривидовая конкуренция: крупные казнокрады съедают мелких. Такую догадку уже выдвигали, обсуждая два самых громких антикоррупционных дела этого года — арест сахалинского губернатора и задержание всей верхушки Республики Коми: мол, видите, федеральные коррупционеры пожирают региональных.

И хотя эта версия — на самом деле чисто пропагандистский прием «борцов с режимом», она, конечно, пользуется популярностью не только у врагов Путина. Потому как сказать «все воруют, ничего не меняется» гораздо проще, чем отслеживать реальное изменение ситуации.

Ведь если посмотреть на происходящее с точки зрения ужесточения антикоррупционной деятельности, то и история в Красногорске будет выглядеть по-другому.

В том смысле, что вполне вероятно, главной причиной разногласий, заставивших одного стрелять в другого, стала именно борьба с мздоимством. Коррумпированная часть чиновничества стала бояться нарушать закон — потому что видят: и не за такими приходят органы. И пытаются как-то изменить, а то и порвать отношения со «своими бизнесменами». Что вызывает конфликты.

Почему же никто не кричит, что это Путин довел людей до перестрелки — с осуждением или, наоборот, с похвалой? Потому что стало правилом не замечать ту борьбу с коррупцией, которую ведет Кремль, списывая ее то на внутренние разборки, то на пиар, то на кризис.

Понятно, почему это делают противники Путина. Удивительно, когда борьбу Кремля с казнокрадством практически не замечают патриотические СМИ — видимо, потому что не верят в ее успех и сильно разочарованы делом Сердюкова.

Вот только один пример. В день красногорского расстрела появилось большое интервью главы кремлевской администрации Сергея Иванова. Помимо Сирии и Украины в нем затрагивалось еще много тем, в том числе и борьба с коррупцией.

Иванов регулярно говорит об этом — он среди прочего еще и возглавляет президиум Совета при президенте по противодействию коррупции. И в этот раз его спрашивали об арестах губернаторов — мол, будет ли продолжение.

«А вы хотите, чтобы каждую неделю кого-то арестовывали? Или, может, считаете, что у нас каждый губернатор — жулик и вор? Я вот так не думаю. Уверен, что подавляющее большинство чиновников и регионального, и федерального уровня — честные, порядочные люди, нельзя всех мазать черной краской».

Этот ответ многие посчитают неискренним — вот, обеляет чиновничество, а мы-то знаем, что все воры, другие там не выживают. Но ведь и в самом деле далеко не все чиновники — казнокрады.

Естественно, капитализм развращает, а дикий капитализм дико развращает, и уж точно, бесполезно лечить только чиновников, не меняя при этом «моральный кодекс» развращающего их крупного бизнеса (часть которого даже деньги из-за границы стала возвращать только после того, как Запад ввел санкции, а власть запретила офшорам участвовать в госзакупках).

Но смысл политики национализации элиты, которую Путин начал в 2012 году, как раз и состоит в создании здоровой атмосферы во власти, в ее очистке и формировании новой номенклатуры на основе новой кадровой политики.

Это единственная мирная альтернатива революции, причем как «цветной», то есть спровоцированной сознательными провокаторами, так и «естественной», вызванной внутренними социальными проблемами и противоречиями. И, казалось бы, само общество должно всячески поддерживать усилия Кремля в этом направлении — но много ли общество знает о самой этой политике?

В интервью Сергей Иванов упомянул и о внесении поправок в законодательство о борьбе с коррупцией — значительно расширяется перечень чиновников, обязанных уведомлять о конфликте интересов.

«Помимо прямой коррупции у нас по-прежнему очень неблагополучно с так называемым конфликтом интересов. Как это выглядит на практике? Наверняка знаете примеры, когда тот или иной чиновник принимает решение по распределению заказов на выполнение оплачиваемых из государственной казны работ либо по госзакупкам, а потом выясняется, что тендер удивительным образом достался компании, аффилированной с этим самым чиновником.

Оказывается, дочка его там работает президентом. Или жена входит в совет директоров. Подобное происходит сплошь и рядом. 6 октября Владимир Путин подписал закон, четко определяющий, что такое конфликт интересов госслужащих, как его избегать и что обязан — именно обязан! — делать чиновник в случае, если есть угроза возникновения конфликтной ситуации. Знаете, закон заработал еще до официального вступления в силу.

Я возглавляю президиум Совета при президенте России по противодействию коррупции, и в разделе «Разное» мы уже рассматриваем — не публично — обращения чиновников, в том числе высокого уровня, информирующих нас, что у них при определенных обстоятельствах не исключен конфликт интересов.

Или иная ситуация: человек уходит с госслужбы и хочет продолжить работу в хозяйственной организации, в прошлом имевшей отношение, допустим, к министерству, где этот чиновник трудился. Люди задают вопрос: можем ли мы принимать приглашение? У нас уже много таких заявлений. Иногда разрешаем, но бывают и отказы. Все зависит от конкретной ситуации. И это очень хорошо.

Постепенно антикоррупционное поведение становится нормой. Конечно, всегда на слуху резонансные случаи, и СМИ это любят. Того губернатора посадили, этого отстранили… Но, видите, вам мало. Зовете нас в 37?й год, когда революционное правосудие вершилось без суда и следствия?»

Упомянутый закон вступил в силу на прошлой неделе, однако никакого шума в прессе не было. Может быть, Сирия отвлекла? Но это действительно важные нововведения, из таких шагов и состоит последовательная, планомерная борьба с мздоимством.

Понятно, что Кремль не хочет устраивать шумиху вокруг антикоррупционной деятельности — это принципиальная позиция Путина, да и Иванов не раз говорил: «Устраивать охоту на ведьм, чтобы кому-то понравиться, нельзя». Конечно, это по-человечески достойная позиция, но в ходе информационных войн нельзя и просто молча делать свое дело. Этого мало.