Статьи

Депутаты Госдумы предлагают ввести в Уголовный кодекс статью «Конфискация имущества». Комментирует политолог Леонид Поляков.

«Вор должен сидеть в тюрьме». Легендарная фраза Глеба Жеглова стала широко популярной в обыденном сознании потому, что таковым было заветное желание большинства граждан, которые жили в то время по Закону. А в отношении имущества, наворованного преступником, предусматривалась мера уголовно-правового характера. Я имею в виду принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства всего имущества или его части. Как видим, конфискация являлась наказанием, непосредственно затрагивающим интересы собственности конкретного человека.

По УК РСФСР возможности применения такой меры были достаточно широкими. На 1 июля 1996-го (последний год действия старого Уголовного кодекса), уже после падения советского режима и экономических перемен, конфискация имущества предусматривалась за 53 состава преступления. Это составляло 71% от общего числа санкций, содержавших предписания о назначении дополнительных наказаний. В действующем УК РФ сфера применения этой меры, само собой, сократилась. И, тем не менее, на 1 мая 2000-го конфискация имущества упоминалась в санкциях 45 составов преступлений (30%). Однако в 2003 году конфискация как вид наказания была исключена из уголовного законодательства.

Почему сейчас криминальная обстановка накалилась настолько, что группа депутатов от самой многочисленной фракции в Госдуме внесла предложение вернуть конфискацию в УК примерно в том виде, в котором она существовала в советское время? Видимо, депутаты располагают статистикой, которая свидетельствует о разгуле коррупции, корыстных преступлений, связанных с хищением государственных, в том числе, бюджетных, денег и крупной собственности. В нашей стране нет нормы обязательного доказывания происхождения полученных средств. И для преступников создаётся режим «наибольшего благоприятствования».

Правда, в 2006 году конфискация вновь была введена в УК РФ, однако уже не как вид наказания, а как иная мера уголовно-правового характера. Депутатов, внёсших нынешний законопроект, такой подход не устраивает. Они предлагают отнимать у осуждённых всё имущество, происхождение средств на приобретение которого преступники не смогут обосновать.

Наворованное у государства должно быть возвращено ему. Законопроектом в УК вводится статья 52.1 («Конфискация имущества»). Новое наказание предлагается назначать по решению суда за совершение тяжких и особо тяжких преступлений. В документе перечисляются статьи УК, в которые предлагается ввести конфискацию. Это мошенничество, кража, убийство, грабёж, присвоение и растрата, легализация денежных средств, вымогательство, бандитизм, террористический акт, организация преступного сообщества, государственная измена, получение взятки и пиратство…

Я бы предложил ещё раз внимательно проанализировать перечень преступлений, в отношении которых предлагается использовать конфискацию. Депутаты должны быть уверены, что новый закон станет действенным средством в борьбе с криминалом, что коррупционеры на самом деле простятся с надеждой распоряжаться наворованными средствами после «отсидки».

Российская Федерация ратифицировала большинство положений Конвенции ООН против коррупции. Но при этом статья 20 «Незаконное обогащение» остаётся нератифицированной. Законодатели, видимо, опасались, что введение понятия «незаконное обогащение» нарушит закреплённый в Конституции РФ принцип презумпции невиновности. А ощутимые результаты в борьбе с коррупцией будут достигаться в нарушение законности.

Теперь очевидно, что эти опасения только подтолкнули коррупционный вал, который стал нарастать, подобно снежному кому. Если депутаты уверены, что упомянутый законопроект его остановит, значит надо этот документ поскорее принимать. Кроме того, приобретя статус федерального закона, он станет своеобразной формой ратификации Россией статьи 20 Конвенции ООН против коррупции.