Статьи

«Тенденция роста цен на муку и хлеб в ближайшее время сохранится», – заявили в правительстве и также сказали, что существует ряд объективных предпосылок для роста цен. Одна из этих предпосылок – существенная зависимость России от импорта. Но имея 100 миллионов гектаров пашни и столько же лугов и пастбищ, Россия в условиях нелёгкого климата способна кормить один миллиард людей!

Отчаянные итоги

Став президентом России, Борис Ельцин, как известно, создал правительство во главе с Егором Гайдаром. Новая власть заявила, что для успешного решения продовольственной проблемы надо передать в деревне государственные и кооперативные предприятия в частную собственность. Только фермер накормит Россию! Все остальные предложения отметались.

Указ, подписанный Б. Ельциным в конце 1991 года, предусматривал в кратчайшие сроки расформирование колхозов, совхозов и массовое создание фермерских хозяйств.

– Золотой дождь продуктов питания прольётся на нашу землю! – утверждала новая власть. И, опираясь на Генеральную прокуратуру, начали жёсткую реорганизацию существующей базы сельского хозяйства.

Экономисты считают, что основой цивилизованного производства продуктов питания является зерно, его необходимо выращивать в среднем по одной тонне на душу населения. Треть зерна из этой тонны идёт на питание и пищевую переработку, процентов 15–17 – на семена, остальное – на зернофураж и производство комбикормов для животноводства.

До начала ельцинско-гайдаровских реформ Россия устойчиво выращивала 104 млн. тонн зерна в среднем за год. Прошла четверть века.

За последние пять лет среднегодовой сбор зерна в стране составил 84 млн. тонн: на 20 млн. меньше, чем до реформ.

Почему же произошёл спад вместо ожидаемого роста?

Прежде всего с 1990 года площадь посева зерновых культур сократилась на 20 млн. гектаров. Псевдолибералы всех успокаивали: это временное явление, вскоре рука рынка всё поправит. На самом деле сокращение посевов зерновых продолжается.

Потому что за годы реформ сломан становой хребет сельского хозяйства – в результате массового, как правило, искусственного банкротства колхозов и совхозов в хозяйствах разрезано больше миллиона тракторов на металлолом... 76 процентов главной техники уничтожено.

Такого технического разгрома мирным путём не знала ни одна страна. По сути, произошла деиндустриализация сельского хозяйства. На совещании в Совете Федерации в декабре 2014 года перед аграриями был поставлен вопрос о введении в оборот дополнительно 56 млн. гектаров новых земель. Но как, если нет сил для сохранения даже старопахотной земли. А новые земли – чем прикажете обрабатывать? Выпуск тракторов в стране сократился в 17 раз!

Едем дальше.

Зерновые культуры убирают комбайнами. Обеспеченность ими должна быть особенно высокая, потому что осень у нас короткая, рано выпадает снег.

Вместо 370 тысяч комбайнов на селе осталось 75 тысяч. Уничтожено 80 процентов! Как металлолом проданы за рубеж.

Наступила эра деэлектрификации сельского хозяйства. Электроэнергия стала настолько дорогой, что потребление её упало на 69 процентов. Нынче подключиться к электросетям стало дикой проблемой. А произвол владельцев электроэнергии попросту невыносим.

Недавно министр Н. Фёдоров дважды повторил: «Нужна новая мощная индустриализация сельского хозяйства». Действительно, без восстановления технической вооружённости деревни никакого увеличения производства не будет. Но заявление министра то ли не поняли, то ли не услышали.

Удобрения – зарубежному фермеру

При выращивании всех культур, особенно зерновых, земледелец использует минеральные удобрения. Германия на гектар посева вносит их по 238 кг, Великобритания – 364, Франция – по 276, Россия – по 35... В десять раз меньше! При этом 80–85 процентов всех отечественных удобрений уходит за рубеж.

Многим нашим фермерам и акционерам химическая продукция не по карману – она очень дорогая, хотя сырьё у нас для неё самое дешёвое в мире. А если мы её всё-таки покупаем, то едва покрываем затраты: ведь цена на зерно, как правило, занижена, а на удобрения – завышена. Да и не стало машин для внесения удобрений.

Продавая удобрения за границу, Россия одновременно интенсивно истощает свои поля. Вскоре мы сделаем свои земли попросту бесплодными!

С учётом сокращения посевных площадей и продажи удобрений за рубеж Россия ежегодно недополучает около 50 млн. тонн зерна. Как раз то, что ей не хватает для нормального развития.

Нужна ли нам корова?

Но Россия продаёт за рубеж не только удобрения, но и поставляет за границу даже зерно, которого остро не хватает.

– Как? – спросите вы. – Откуда же лишнее зерно?

– А мы ухитрились его отобрать у коров.

Это уникальное домашнее животное, конвертирующее траву и воду в мясо, молоко и сливочное масло. За тысячи лет оно много раз спасало население Руси и России в голодные годы, в периоды изнуряющих кровавых войн и революций.

Но за последние 25 лет стадо коров в стране сократилось с 20,5 млн. голов до 8,1 млн., то есть уменьшилось в 2,5 раза – до уровня XIX века. Не двадцатого, а девятнадцатого!

В годы, когда государство вывозит зерно за рубеж, цена на фураж и комбикорм внутри страны резко возрастает. Откармливать скот на мясо и производить молоко на таких кормах, как правило, невыгодно. В прошлом году правительство с гордостью поставило на экспорт два десятка млн. тонн зерна. Уже в декабре в Алтайском крае рост цен на зерно достиг 80 процентов. В результате поднялась цена на муку и комбикорм.

Чтобы восстановить производство молока и мяса хотя бы в прежних объёмах, Россия должна направлять своё зерно прежде всего на увеличение поголовья скота и повышение его продуктивности. Если же будем зерно продавать за рубеж, почти все станем вегетарианцами. И пить будем не молоко, а молочную бурду из сухого заграничного порошка.

«Невидимый» убийца

Иностранному фермеру, поставляющему свою продукцию в Россию, его правительство доплачивает с таким расчётом, чтобы он мог у нас продавать свой товар дешевле, чем местный производитель, и всегда с прибылью. То есть идёт неуклонное разорение российского производителя. Затем иностранный фермер смело повышает цену: у него уже нет конкурентов. Такая схема массово применяется при отсутствии у нас квалифицированного руководства и эффективной государственной поддержки сельского хозяйства.

Известно утверждение Гайдара: «Сельское хозяйства России – это чёрная дыра! Сколько в него ни вкладывай средств, всё проваливается безвозвратно. Нам выгоднее закупать продукты за рубежом, чем производить их у себя!» Именно оно положено в основу современной аграрной политики.

Импорт продовольствия и сырья угрожающе нарастает с 1992 года. Делается это на фоне катастрофического снижения финансовой поддержки родного сельского хозяйства. Вместо вложения средств в развитие собственной экономики, в её модернизацию мы стимулируем производство иностранных фермеров.

Встреча с лауреатом Нобелевской премии

Вспоминается разговор с одним из старых аграрников.

– Ответь мне, – сказал он. – Почему нищая Мексика за пять лет утроила валовой сбор пшеницы, стала кормить народ собственным хлебом? И нынче производит столько зерна, что вышла с ним на международный рынок? За Мексикой выращивание зерна в короткие сроки удвоили Колумбия, Пакистан, Филиппины, Индия, Индонезия, Китай и другие государства. Почему Россия не смогла осуществить «зелёную революцию»?

О Нормане Борлоуге, творце этой революции, нам было известно лишь то, что он вывел короткостебельные неполегающие сорта. Сейчас знаем больше. Мексика раньше возделывала высокорослые сорта пшеницы. Если выращивать их с удобрениями, они полегают, зерно становится мелким, щуплым и плохого качества. Первое, что сделал Борлоуг, сосредоточил все силы на выведении короткостебельных сортов. Создав сорта высотой чуть выше колен.

«Зелёная революция» по Борлоугу – это комплекс мероприятий, коренным образом улучшающих питание растений во время вегетации, их защиту от болезней, вредителей и сорняков, обеспечение влагой; гарантирующих уборку без потерь. Всё это даёт выдающийся урожай!

В отдельных местах мы в последние годы внедрили технологию Борлоуга и удвоили урожай. Но значительную площадь посева охватить этой технологией не удавалось. Не доставало то одного, то другого препарата, то третьего... Как говорят в деревне: «Манька есть – Ваньки нет. Ванька есть – Маньки нет». Середнякам и небогатым хозяйствам эта технология просто не по силам…

С короткостебельностью тоже есть проблемы. Они зависят от работы селекцентров. Резкое сокращение финансирования селекции привело к упадку многих научных коллективов, отбросило многие селекционные центры в 60-е годы. Вокруг многих центров вот уже несколько лет кипят ненаучные страсти – ведётся захват их земель под строительство дач, потому как расположены они вблизи городов...

В долгах, как в кандалах

Для резкого увеличения производства зерна нужно прежде всего нормализовать обстановку в сельском хозяйстве.

За последние четверть века не помню такой глубокой долговой ямы, в которой нынче оказался сельский товаропроизводитель. По официальным данным, его суммарная кредиторская задолженность достигла 2,1 триллиона рублей! Это почти стоимость полутора урожаев всей страны. Фермеры в долгах, как в кандалах.

В связи с фантастическими финансовыми трудностями, чтобы не сорвать нынешний сев, правительству следовало бы:

приостановить (заморозить) возврат кредитных и заёмных средств сроком на 5 лет;
выдать опытным товаропроизводителям беспроцентную ссуду на весенние полевые работы сроком на 5 лет;
резко снизить цены на удобрения (с учётом объективной их стоимости), создав заводам льготные условия по цене на газ, электричеству и транспортировке железнодорожными составами;
обеспечить хозяйства средствами для внесения удобрений в почву.

А в принципе надо начать новую индустриализацию сельского хозяйства на основе специализации и концентрации сельскохозяйственного производства. В короткие сроки восстановить былую мощь сельскохозяйственного машиностроения, обеспечить внедрение с 2016 года технологии «зелёной революции» в сельском хозяйстве России.

Надо срочно разрабатывать новую аграрную политику, в основе которой должна быть рыночная экономика, корректируемая профессиональными руководителями, а не псевдолибералами.

Имея 100 миллионов гектаров пашни и столько же лугов и пастбищ, Россия в условиях нелёгкого климата способна кормить один миллиард людей! Но её сельское хозяйство в последние годы находится в затмении, которое становится всё гуще. Может быть, сегодня, когда необходимость импортозамещения стала суровой реальностью, мы решимся избавиться от этой тьмы.