Статьи

Когда в России начнется активное строительство домов с применением деревянных конструкций, а также как блокчейн и дроны помогут сохранить российский лес, в интервью нашему корреспонденту в рамках Года экологии рассказал заместитель министра промышленности и торговли РФ Виктор Евтухов.

- Сейчас во всех ключевых отраслях обсуждаются возможности развития цифровой экономики. Какие перспективы в этом направлении у лесной промышленности?

Мы уже сейчас тестируем возможности цифровой экономики. Например, Минпромторг России совместно с Внешэкономбанком (ВЭБ) в ноябре в тестовом режиме запустили проект учета лесных ресурсов на основе технологии блокчейн. Мониторить состояние лесных участков будут дроны. Они будут собирать данные о вырубках и пожарах. Затем полученная информация систематизируется по технологии блокчейн, что позволит получить более точный результат.

Самое интересное, что идея была предложена группой школьников под руководством куратора в рамках спецпроекта Внешэкономбанка. Площадкой для пилота выбрано дочернее предприятие ВЭБа — АО "Краслесинвест" в Красноярском крае. В случае успешных испытаний система мониторинга охватит и другие регионы России. Опытная эксплуатация и подготовка к масштабированию проекта намечена на февраль 2018 года.

- То есть в будущем мы сможем следить за состоянием российских лесов в реальном времени?

Получается, что так. Предполагается, что электронная карта будет находиться в открытом доступе и будет меняться в зависимости от того, какую картинку получил дрон. Это позволит бороться с незаконной вырубкой и получать более точные данные о состоянии леса.

Сейчас недостоверная информация о состоянии лесов и несоответствие полученных в аренду участков заявленным характеристикам приводит к потерям бизнеса и мешает отрасли развиваться. Если проект окажется успешным, эти проблемы получится решить.

- Еще одним важным драйвером роста отрасли в Минпромторге считают деревянное домостроение. Однако многие до сих пор относятся к этому направлению скептически. Как бороться со стереотипами о пожароопасности и недолговечности деревянных домов?

Несмотря на то, что мы — лесная держава, мы строим из дерева меньше других стран с таким же большим запасом лесов, порядка 12%. А такие страны, как Финляндия, Швеция, США, там до 80% доходит. В Японии 50% стройки — дерево. Конечно, у них преобладают дома до трех этажей, но есть масса примеров, когда строятся высокие здания: 15, 20 и даже 30 этажей с применением деревянных конструкций.

Мы пытаемся преодолеть бытующие стереотипы о пожароопасности деревянных строений. Все меняется, и технологии идут вперед. В соответствии с требованиями времени на рынке появляется много новых видов строительных материалов из древесины, которые позволяют сделать деревянные постройки более безопасными и быстровозводимыми.

Сейчас мы уже даже начали строить спортивные объекты с применением современных деревянных конструкций. Например, LVL-брус. Он обладает более высокими техническими характеристиками по сравнению с традиционными конструкциями, сохраняет дольше несущую способность во время пожара по сравнению с металлом и бетоном.

- Ваши коллеги из Минстроя сейчас разрабатывают проект по развитию деревянного строительства на селе и в малых городах. Вы тоже участвуете в обсуждениях? Какие льготы предусмотрены для россиян, которые захотят жить в  подобных домах?

Конечно, Минпромторг участвует в обсуждении. Для поддержки внутреннего спроса на продукцию деревянного домостроения мы разработали проект постановления, предусматривающий предоставление в 2018 году кредитов физическим лицам на приобретение деревянных домов заводского изготовления у производителей по льготной процентной ставке (скидка до 5%).

При этом предполагается дальнейшее возмещение выпадающих доходов кредитным организациям за счет федерального бюджета.

- И по какой ставке в итоге россияне могут брать в ипотеку дома, построенные с применением деревянных конструкций?

Финальная ставка зависит от банка, но я думаю, не более 9–10%. А если ипотечная ставка в целом по стране будет снижаться, то еще ниже. Для стимулирования строительства из дерева в восточной части России мы совместно с Агентством по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке прорабатываем предоставление дополнительных льгот на приобретение деревянных домокомплектов.

- Сейчас прорабатывается механизм квоты на строительство социальных объектов из дерева. Какая она может быть, когда этот механизм заработает?

В планах Минпромторга увеличить долю применения продукции деревянного домостроения в общем объеме строительства в РФ до 20% к концу 2025 года. Для этого, например, предполагается введение квоты 30% для строительства социальных объектов с применением деревянных конструкций.

Сейчас, к сожалению, в отдельных регионах нашей страны доля таких объектов пока невелика и составляет от 5% до 10%. Но в таких регионах, как Карелия, этот показатель достигает 22%, в Архангельской области и Вологодской области — более 30%.

В реестр типовой проектной документации включены пять объектов из деревянных конструкций — два многоквартирных жилых дома, врачебная амбулатория, фельдшерско-акушерский пункт и административно-жилой комплекс для участкового полиции.

- А что с экспортом? Какие у нас перспективы по поставкам деревянных домокомплектов за рубеж?

Азиатские страны проявляют большой интерес к российским технологиям деревянного домостроения. Это Китай, Япония. В октябре при поддержке Минпромторга наши деревообрабатывающие компании представили объединенный стенд на одной из крупнейших выставок в Пекине — CIEHI 2017. Там были продемонстрированы пиломатериалы, клееный брус, плитная продукция и прочие.

Мы достигли ряда договоренностей с китайскими государственными структурами и обсудили планы по сотрудничеству. Сейчас готовим для них конкретное предложение.

Приезжала делегация из Узбекистана. Они хотят строить у себя жилье с применением российских деревянных строительных материалов. Мы показали наши мощности по производству деревянных домокомплектов из клееного бруса, демонстрационные деревянные кварталы. Их преимущественно интересуют социальные объекты из дерева.

- А что мы сейчас больше экспортируем: необработанный, круглый лес или продукцию переработки?

Круглый лес составляет в структуре экспорта небольшую часть — всего около 10%. А, например, по поставкам березовой фанеры мы занимаем первое место в мире, контролируя 74% мирового рынка. Сейчас мы обеспечиваем нашей березовой фанерой весь мир и производим всю линейку технических видов: для газовых танкеров, для вагоностроения с повышенной устойчивостью к трению и т.д.

Также около 50% производимых пиломатериалов идет на экспорт. Для нас традиционными и интересными являются рынки Северной Африки. Сейчас мы наблюдаем значительное оживление в этом регионе и увеличение поставок. Также наши приоритетные экспортные продукты — это газетная, мешочная бумага. По последней мы занимаем четвертое место в Европе по продажам.

- Вы упомянули экспорт фанеры. Помимо готовой продукции мы поставляем за рубеж сырье для ее производства, и наши отечественные производители жалуются, что из-за этого сырья не хватает для производства внутри страны. Будут ли приниматься какие-то меры?

Да, нам сейчас не хватает фанерного кряжа, и мы думаем о том, как ограничить вывоз сырья. Предприятия просят об этом. Запретить полностью экспорт мы не можем, но есть такие меры, как высокие экспортные пошлины и квотирование экспорта. Как раз второй вариант уже рассматривается нами как основной.

Минпромторг предлагает ограничить вывоз березового сырья из России. Оптимальный объем вывоза, сбалансированный по заготовке, переработке и экспорту, мы планируем установить в размере 567 тыс. кубометров, это уровень первого полугодия 2014 года.

Эта мера будет вводиться на временной основе — на шесть месяцев. За последние три года экспорт фанерного кряжа вырос на 45%, что и привело к дефициту сырья на российских предприятиях. Введение квоты на экспорт позволит обезопасить эту и смежные с ней отрасли промышленности.

- Есть ли у вас какие-то целевые показатели по сокращению экспорта необработанного леса?

В экспорте круглого леса ничего страшного нет, все страны экспортируют. Например, Канада тоже экспортирует круглый лес. Главное, чтобы заготовка и экспорт круглого леса не наносили ущерб экологии страны и нашей экономике.

У нас есть экспортная пошлина на круглые лесоматериалы, в том числе и на ценные породы деревьев, так же есть квота на вывоз необработанной древесины, которая, кстати, не выбирается в последнее время. При этом компании, которые заготавливают лес, обязаны его восстанавливать, это обязательное условие аренды лесных участков. И сейчас Минприроды активно работает над  изменением  нормативов по лесовосстановлению.

В целом мы используем меньше 40% того, что можно заготовить. И одна из причин этого — отсутствие подъездных дорог и другой необходимой инфраструктуры. Кроме того, нужна открытая база лесных массивов по регионам, чтобы инвесторы могли понимать, в какой участок они могут вложиться. Рост заготовки позволит увеличить и перерабатывающие мощности.

- В экспорте леса мы сейчас ориентированы на Восток или Запад?

Основной наш приоритет — это азиатский рынок. По прогнозам экспертов, его рост в ближайшее время составит от 3% до 6% по различным товарам лесной промышленности.

- Какие регионы РФ являются лидерами по экспорту леса?

Не могу отметить кого-то особенно, потому что все наши ключевые лесные регионы поставляют свою продукцию на внешние рынки: Архангельская, Вологодская, Республика Коми, Иркутская, Хабаровский край, Красноярский край, Кировская область, Карелия.

- Каков ежегодный оборот российского лесоперерабатывающего комплекса в деньгах и в натуральном выражении?

В прошлом году оборот российского лесопромышленного комплекса составил порядка 1,46 трлн рублей, увеличившись по сравнению с 2015 годом на 15%. При этом в натуральном выражении мы наблюдали увеличение по всей линейке лесопромышленной продукции: фанера, плиты, пиломатериалы, целлюлоза и бумага от 3 до 15%.

- Ожидается ли рост по итогам этого года, на сколько?

Пока рано озвучивать финальные цифры. Для нас сейчас самое важное — увеличивать мощности перерабатывающего комплекса. Например, хотелось бы расширить линейку продукции на Дальнем Востоке.

Там есть своя особенность — соседние страны в основном приобретают пиломатериалы и целлюлозу, в том числе из Иркутской области, где у нас находится два крупных целлюлозно-бумажных производства. Сейчас есть в проекте строительство целлюлозно-бумажного предприятия в Хабаровском крае. Внешэкономбанк рассматривает возможности для инвестиций в этот проект совместно с группой партнеров.

Беседовала Мария Дорохина