Новости

"Зеленая" ОПЕК+ и нефть по $100. О чем говорил Путин на Российской энергетической неделе

Россия в полной мере осознает проблему изменения климата и намерена в течение нескольких десятилетий прийти к углеродной нейтральности, а сейчас призывает запустить диалог о глобальных механизмах стабилизации энергетического рынка.

Об этом заявил в среду 13 октября 2021 года президент России Владимир Путин на пленарном заседании форума "Российская энергетическая неделя".

Глава государства назвал упреки в использовании энергетики в качестве оружия "политически мотивированной болтовней", а утверждения, что газопроводы в последнее время строились, чтобы обойти Украину, - чушью уровня "сапоги всмятку", предположил, что цены на нефть могут вернуться к отметке в $100 за баррель, и рассказал, какую новую роль смог бы сыграть формат ОПЕК+.

Мы собрали ключевое из того, что президент сказал об экономике.

О новой роли ОПЕК+

Россия - "ответственный участник ОПЕК+" и исходит из того, что соглашение будет действовать до конца 2022 года.

У этого формата в будущем может появиться новая роль: "Полагаю, что после того, как добыча выйдет на докризисный уровень, мы сможем продолжить эту работу, в том числе и в рамках "зеленой" повестки".

О нефти по $100

"Вполне возможно. Сейчас она растет в цене". При этом сама Россия заинтересована в предсказуемости котировок: "Мы делаем все возможное, чтобы нефтяной рынок стабилизировался окончательно. Не допускаем резких скачков цен".

О газовом кризисе в Европе

"Все последнее десятилетие шаг за шагом в европейскую энергетику закладывались системные изъяны. Именно они и привели к масштабному кризису рынка в Европе". "И не нужно, что называется, перекладывать с больной головы на здоровую <...>".

Россия же "полностью выполняет свои контрактные обязательства" и "обеспечивает гарантированные, бесперебойные поставки газа": "Более того, мы всегда идем навстречу нашим партнерам, готовы обсуждать дополнительные действия".

Об энергетике как оружии

"Где мы используем оружие? В каких конфликтах мы участвуем? А что касается экономики, это вообще исключено". Обвинения в том, что Россия якобы применяет энергетику в таком качестве, - "это и есть политически мотивированная болтовня".

При этом поставки американского СПГ, когда сложилась соответствующая ценовая конъюнктура, "уплыли из Европы в Азию". "Так кто использует эти энергетические инструменты в каких-то своих целях - мы или кто-то другой?"

О транзите через Украину

Вопрос продолжения транзита газа после 2024 года - "чисто экономический": "Мы готовы сохранить этот контракт. Более того, если будут созданы экономические, технологические условия, - даже увеличить <...> Но мы должны понять, а сколько же у нас купят".

Основная проблема - изношенность украинской газотранспортной системы, которая, по разным оценкам, достигает 80-85%: "Там больше увеличивать-то нельзя <...> Опасно увеличивать! <...> Там, может быть, если давление увеличишь, она лопнет вообще".

Упреки в том, что новые российские газопроводы строятся "по политическим соображениям, чтобы обойти Украину", - "очередная чушь, "сапоги всмятку", как у нас говорят".

О глобальной балансировке

"Сейчас необходимо договориться о глобальных механизмах балансировки энергетического рынка, запустить на эту тему предметный, обстоятельный диалог производителей и потребителей энергоресурсов, свободный от политических предрассудков и навязанных клише".

Россия готова к такому "созидательному, доверительному, плотному сотрудничеству", включая прямой диалог с партнерами в Европе и Еврокомиссией.

Об углеродном налоге в ЕС

"То, что мы сейчас видим и слышим в Евросоюзе по поводу углеродного налога, конечно, вызывает определенные озабоченности.

Если решения будут приняты в одностороннем порядке, <...> то я думаю, что в этом случае результат будет похожий на то, что сейчас происходит. Просто цены будут подниматься, вот и все".

При этом на все "неадекватные решения" Россия будет реагировать соответствующим образом.

О непрофессионалах и коньках

Решение суда в Нидерландах, обязавшего компанию Shell снизить вредные выбросы на 45%, - "это прецедент".

"Если люди совершенно профессионально неподготовленные будут принимать такие решения, то всплески [цен] на мировых рынках неизбежны".

"В Средние века голландцы <...> на коньках передвигались по замерзшим рекам и каналам. Если так будет продолжаться, то в Голландии вернутся к такому средству передвижения

<...> И кататься будут не только, чтобы из пункта А в пункт Б добраться, но и чтобы согреться".

Об углеродной нейтральности

Россия в полной мере осознает проблему изменения климата - на ее территории среднегодовая температура повышается более чем в 2,5 раза быстрее, чем во всем мире.

Поэтому Москва поддерживает международные соглашения по климату и уже действует сама (например, правительство продлит до 2035 года госпрограмму энергосбережения и повышения энергоэффективности).

"За ближайшие десятилетия мы рассчитываем обеспечить накопленный объем чистой эмиссии парниковых газов даже ниже, чем в Евросоюзе. Это, уважаемые коллеги, не пустые слова, а прямое руководство к действию".

"Россия на практике будет добиваться углеродной нейтральности своей экономики, и мы ставим здесь конкретный ориентир - не позднее 2060 года".

О климатической повестке

"Климатическая повестка не должна становиться орудием для продвижения экономических и политических интересов отдельных стран.

Нам вместе нужно создать единые для всех, понятные, справедливые, прозрачные правила климатического регулирования, которые будут действовать на глобальном уровне".

В частности, важно "объективно учитывать углеродный след разных видов генерации": "Немногие об этом знают, но, например, углеродный след атомной энергетики ниже, чем солнечной энергетики".

Поэтому экспорт Россией атомных технологий позволит ей в том числе "вносить свой вклад в декарбонизацию мировой энергетики".

К тому же Россия может предложить "уникальные возможности" для климатических проектов, в том числе использующих потенциал природных экосистем:

"Эффективность таких проектов в нашей стране существенно выше, чем от инвестиций в развитие европейской возобновляемой энергетики".

О готовности к изменениям

Россия уже готовится к снижению роли нефти и угля (при росте значения природного газа):

"К 2035 году рассчитываем увеличить производство СПГ в России до 140 млн тонн в год, а также укрепить свое положение на этом динамичном рынке, заняв на нем около 20%

<...>. Кроме того, в горизонте 2035 года ожидаем нарастить нашу долю в глобальных поставках продукции нефтегазохимии с нынешнего 1% до 7%".

Москва ожидает и "усиления позиций водорода и аммиака" в качестве источников энергии, и у России "есть научные, ресурсные, логистические возможности, чтобы занять весомую долю на этих перспективных рынках".

О том, кому кланяться немцам

"Такие страны, <...> как Германия, пусть низко поклонятся [бывшему канцлеру] Герхарду Шредеру в ножки за то, что сейчас Германия получает [российский газ] не по 1-1,5 тыс. [долларов за тысячу кубометров], а по 300".

При этом решение Берлина отказаться от атомных электростанций (оно было принято при Шредере и скорректировано при Ангеле Меркель после аварии на "Фукусиме" - прим. ред.) бессмысленно, поскольку соседняя Франция продолжает их использовать:

"Какой смысл закрывать у себя, если, извините, через забор у твоего соседа атомная энергетика процветает?".