Статьи

«Это тот самый случай, когда говорят: «Широко известны в узких кругах» — так иронично описывает пройденный корифеями отечественного кантри-фолка путь группы «Кукуруза» ее бессменный участник Георгий Пальмов.

Пожалуй, лукавит. Ведь песни «За камень», «Старенькая скрипка», «Коробка с карандашами», «Пой, Вася!» знакомы в нашей стране каждому. В этом году коллективу исполнилось тридцать лет. Неплохой повод побеседовать с хранителем традиций.    

- Тридцатник — немалый срок. С какого момента ведете отсчет?  

С середины 70-х мы функционировали как ансамбль «Орнамент». А в 1986-м у семи граждан Советского Союза в трудовой книжке появилась запись: «Артист ансамбля «Кукуруза» — мы официально устроились на работу в Татарскую государственную филармонию им. Г. Тукая и автоматически получили статус профессионалов. К тому моменту уже играли под «злаковым» наименованием пару лет.

Кстати, само слово «кукуруза» накануне перестройки еще вызывало определенные ассоциации, поэтому нас все же предпочитали упрощенно называть командой инструментальной музыки, потом веселой музыки — тем более, что мы тогда только начинали сотрудничать с Григорием Гладковым.

Когда с Гришей познакомились, образовался некий хитрый альянс: исполняем вроде непритязательные песни, но при этом в качестве аранжировочного элемента используем западную фактуру — банджо, губная гармошка, добро (шестиструнная резонаторная гитара, изобретенная в США в начале XX века, отличающаяся от обычной акустической встроенным металлическим резонатором. — ред.).

- Откуда такая любовь именно к кантри? Ведь большинство Ваших современников, коллег по цеху, назовут в качестве источников вдохновения «битлов» и «роллингов»...

Это сегодня в шоу-бизнесе есть «проекты», когда продюсер набирает музыкантов, и некие придуманные им идеи воплощаются в жизнь. У нас же все происходило спонтанно: встречи, тусовки, гулянки, костры, походы... До того как судьба свела с определенными людьми — в частности, с Сергеем Сенчило, которого, к сожалению, с нами уже нет, — я слова «кантри» вообще не слышал. Но именно эти ребята и заразили меня кантри, блюграссом — как угодно.

- Как Вы умудрились выпустить с подобным репертуаром пластинку в середине 80-х? Наверное, это было непросто?  

Помог случай. Мы дружили с ансамблем «Лингва», состоявшем из преподавателей института иностранных языков. Им, как бы в помощь изучающим английский, позволили записать на «Мелодии» пластинку с британскими и шотландскими балладами.

Вот они нас и подтащили: получилось, что одна сторона их, другая — наша. Записали шесть песен на английском. Зато со второй пластинкой, полноценным лонгплеем на музыку Гладкова, мучались целый год: выдумывали, творили. Возможно, благодаря вышеупомянутым акциям эта музыка и появилась на нашей земле.

- И где же она сегодня? Кому помешал хороший фолк, пусть и американский? Политика политикой, но не зря же мы говорим, что музыка — пожалуй, главное связующее звено между государствами, поколениями, идеологиями, в конце концов...

Почему данное направление у нас не приживается — для меня загадка. Впрочем, если быть откровенным, мы никогда не играли кантри в чистом виде — что называется, «в нулину». Не ставили перед собой эдакой этнографической задачи.

Исполняли на русский манер, внося, по возможности, некие псевдоаутентичные штрихи. Однако, как ни печально, наша музыка не попала в пресловутый формат. Понятно, что мы по умолчанию не вписываемся в ротацию «энерджи», «ди джей» и прочего, но все равно странно.

Хотя программный директор одной радиостанции объяснил ситуацию весьма доходчиво: наш «кукурузный» саунд, вне зависимости от того, когда он был осуществлен — в 80-е, 90-е или нулевые, — заметно отличается от мейнстрима. Не попадаем, и все тут: звуковая «гребенка» не работает, не чешет (смеется).

Ну, в самом деле, если между, скажем, Лепсом, Михайловым, Распутиной, Киркоровым вдруг завести нашу запись, среднестатистическое ухо невольно напряжется: у «Кукурузы» все же иное звучание — из общего фона оно будет выпадать. Поэтому человек, привыкший к определенному звукоряду, напряжется и переключит радиостанцию.

А боссы оных это прекрасно понимают: поэтому нигде, за исключением, возможно, «Нашего радио», записи группы «Кукуруза» вы не услышите. Да на «Юмор FM» песню «Пой, Вася!» иной раз прокрутят — вот вам и весь сказ.     

Кстати, когда мы начинали, нам вообще давали по шапке и даже не пустили на знаменитый фестиваль «Тбилиси-80»: зарубили, ибо мы играли музыку идеологического противника. Но потом свободно гастролировали за рубежом, по одним только Соединенным Штатам предприняли шесть поездок, исколесили эту страну вдоль и поперек.

- Ваша бывшая вокалистка Ирина Сурина, говоря о заграничных гастролях «Кукурузы», приходила к выводу, что группе вполне неплохо жилось бы и за бугром. Это реальное положение дел или стремление выдать желаемое за действительное?  

Ирина не лукавила. Ведь мы приезжали в Штаты не то чтобы как в Тулу с личным самоваром, у них и своего кантри хватает. «Кукуруза» представляла программу, на две трети состоявшую из русскоязычных вещей.

И лишь бонусом, в знак уважения показывали несколько американских композиций: мол, посмотрите, как мы умеем исполнять вашу народную музыку. Словно держа фигу в кармане: «а вы попробуйте сыграть нашу». Поначалу действительно было ощущение «медведей с балалайкой», зато потом нас номинировали на «Грэмми» как лучшую группу в жанре фолк.   

- Что же Вам сейчас мешает продолжать осваивать просторы страны Дядюшки Сэма?

Ситуация изменилась — политическая, экономическая да и просто личностная. Все-таки когда мы осваивали территории, находящиеся по ту сторону Атлантики, нам было... ну, скажем, на двадцать лет меньше. За это время состав коллектива менялся неоднократно. Я, к слову, пытался, приурочив к 30-летию группы, устроить некий сборный зарубежный вояж — американцы, помня о наших былых заслугах, хотели видеть «Кукурузу». Но мы, как говорится, посчитали — прослезились.

Именно поэтому и новые пластинки выпускать не торопимся. Поставить себе на полку да любоваться — зачем? А потом, давайте будем честными: сколько бы нового ни написал, скажем, Андрей Макаревич, все равно от него будут ждать песню про солнечный остров. Равно как от Кутикова — про поворот. Видимо, и мы эффект композиции «За камень» уже не переплюнем. Без нее, отмечу, ни один концерт «Кукурузы» невозможен.

Беседовал Денис Бочаров