Статьи

Опубликована восьмая часть интервью Владимира Путина нашему корреспонденту

Проект «20 вопросов Владимиру Путину» – интервью с главой государства на наиболее актуальные темы общественно-политической жизни в стране и мире. Общий хронометраж записи составил три с половиной часа.

О стабильности и застое в экономике

- Стабильность или застой? Чем экономическая стабильность отличается от застоя?

Очень просто. Экономическая стабильность – это база для развития. И вообще, стабильность – это всегда база для развития. А застой – это, по сути дела, движение назад, никакого развития. Вот в этом главное отличие.

- Смотрите, первые десять лет ваши всё «пёрло», ну классно.

Да.

- А потом, где?то года с 2008-го, начался «бег на месте общеукрепляющий».

Ну, во-первых, он действительно укрепляющий – сейчас скажу об этом, это имеет значение. Во-вторых, вопрос был ведь в том, с какой базы мы начинали в 1999?м и 2000?м. Она была минимальной, просто ничтожной. Потому что у нас за чертой бедности тогда, если начинать с ключевого вопроса, жило 42 миллиона человек – это треть населения страны.

Сегодня тоже много – тринадцать с половиной. Но это всё-таки не треть, не 42 миллиона. Хотя и это много, и мы должны с этим бороться.

У нас к этому времени, к тому времени, золотовалютные резервы были 12,5 миллиарда долларов, а долги государства – 145 миллиардов. Не видно было конца и края, было непонятно, как мы с этим разберёмся.

У нас с тех пор до сегодняшнего дня – я сейчас буду говорить, и люди начнут сомневаться, но это факт – реальная заработная плата, реальная, выросла на 4,2 процента, пенсии – почти в три раза, 2,9, и реальные доходы в 2,4 подросли, в 2,4 раза.

- Это с «нулевого» года?

С «нулевого» года, да. То есть это всё абсолютно реальные вещи. Это не говорит о том, что сегодня всё хорошо, совсем нет, даже наоборот. И более того, люди ведь всегда сравнивают не с тем, что было вчера, как было плохо вчера, а с тем, как должно быть хорошо завтра.

И когда они не видят того, что они хотят видеть, это вызывает разочарование. Честно говоря, я тоже так к этому отношусь.

- Тем более что обещали, в 2008 году говорили о том, что к 2020 году зарплаты будут в среднем 2700 долларов, на семью из трёх человек будет 100 квадратных метров квартира.

Ну не совсем так, это были предварительные планы.

- Планы, да, «концепция-2020».

Мы к 2008 году планировали удвоить ВВП и на базе удвоения строили социальные планы. В 2008 году мы практически достигли этой планки. Разразился мировой экономический кризис. Не по нашей вине, он пришёл к нам извне. И тогда у нас встала другая задача, более примитивная.

Я хочу напомнить, она заключалась в том, чтобы не обрушить вообще экономику и не свести к нулю накопления граждан. Это было в 2008 году. Я тогда стал председателем правительства и вынужден был сказать публично, это был большой риск, честно говоря. Я сказал, что…

- В смысле, то, что вы стали председателем?

Нет, то, что я сказал. А я сказал следующее, я сказал: чего я не допущу, это того, чтобы повторилась ситуация 1998 года, когда грохнулись все накопления граждан. И мы этого не допустили. Но это действительно негативно сказалось на нашем развитии.

Но, честно говоря, не мы в этом были виноваты. Это мировой финансовый, а потом и экономический кризис, который пришёл извне.

- Хорошо. Но в последние годы доходы, реальные доходы снижаются.

Это правда. Это, безусловно, нас беспокоит, меня очень беспокоит, что стагнация произошла в реальных доходах населения. Ну объяснение есть, прежде всего оно связано с резким падением цен на энергоносители. Пока всё у нас росло, нефть?то была сто и больше долларов за баррель. А сейчас шестьдесят. Разница есть? В два раза почти.

Поэтому мы и вышли на эти национальные проекты, с тем чтобы изменить структуру экономики и подтолкнуть развитие на собственной базе. Но ждать годами люди тоже не могут. Я это прекрасно понимаю.

Я вообще понимаю, что это сейчас одна из ключевых социальных проблем. Мы должны что?то сделать, Правительство должно что?то сделать, для того чтобы это подтолкнуть, способов много.

- Персональную ответственность кто?то несёт за то, что доходы снижаются, количество бедных опять растёт? Вот последние цифры: опять подросло.

Ну было 13,4, стало 13,5. Разница небольшая, но она, конечно, есть, это конкретные люди. Есть и объективные обстоятельства, понимаете. Ну что можно сказать про персональную ответственность, если снизились цены на нефть на мировом рынке? Что можно сказать про персональную ответственность, если…

- Ну мы же хотели уйти от нефтезависимости.

Мы хотели уйти и постепенно уходим, кстати говоря. Мы реально уходим от этого, потому что доля ненефтегазовых доходов растёт. Но это требует времени, это не сделаешь одним щелчком пальцев.

- У нас много разговоров про инфляцию, показатели снижаются, но люди?то смотрят в холодильник.

Правда.

- Макроэкономические показатели – это всё красиво, но…

Представляете, дело в чём: если маленькая инфляция, это значит, что цены не растут или растут минимальным образом.

- Но растут!

Растут минимально. У нас в 2000?х, с которых Вы начали…

- Вы начали.

Ну 20 вопросов, и оттуда практически Вы начали.

- Ну да.

20,5, по?моему, была инфляция. А в 1999?м, когда я стал Председателем Правительства, была 36, по-моему, 35. А в 1992?м – 2600 пунктов было, а сейчас в районе трёх крутится, где?то 3,4–3,5. Это цены в том числе на продукты питания.

Ну как же не имеет значения? Это имеет значение. И более того, люди очень чувствуют, когда инфляция растёт, и цены поднимаются, реально люди чувствуют это на своём кошельке.

Другое дело, что наряду с таргетированием инфляции нужно, конечно, поднимать реальные доходы граждан, это совершенно очевидно. В условиях нашей структуры экономики это не так просто, но дополнительные усилия Правительство точно обязано предпринять. Сейчас мы это и обсуждаем.

Беседу вёл Андрей Ванденко

Видео на канале YouTube "Статьи на ЗдравствуйРоссия.Рф"

Раздел "Власть", подраздел "Президент"