Новости

Как "писательская группировка" учит медпомощи и отправляет оборудование

Писатели, поэт, инструктор по первой помощи, добровольные спасатели и поисковики объединились, чтобы помогать раненым в Донбассе дожить до госпиталя. Благотворители закупают медикаменты, формируют аптечки и обучают бойцов ими пользоваться. Благодаря этой работе спасены уже больше тридцати человек

"Жизнь человека деньгами не измеряется"

- Недавно на одном литературном фестивале я встретил поэта и военкора Аню Долгареву. Попросил ее взять меня с собой в Луганск.

Мы съездили в несколько частей, я познакомился с ребятами, посмотрел, что это за люди, - рассказывает писатель Артем Ляшенко (псевдоним Мршавко Штапич). - Я увидел, что есть проблема с первой доврачебной помощью. Появилась идея комплектовать аптечки и обучать бойцов ими пользоваться.

Основными причинами смерти на поле боя, говорит Артем, становятся: кровопотеря, пневмоторакс (скопление воздуха или газов в плевральной полости), асфиксия. Это те раненые, которых можно было бы спасти, если бы вовремя были применены средства помощи и навыки.

- Мы точно знаем, что благодаря индивидуальным аптечкам и обучению были спасены больше 30 человек. И это статистика только одной воинской части. Аптечки - это дорого, но жизнь человека деньгами не измеряется.

Мы начинали с 14 тыс. за аптечку, сейчас это 8,5 тыс. рублей. Мы нашли контакты многих производителей, научились закупкам. Недавно я писал отчет, что мы сделали за лето.

Собрали и отправили около 600 аптечек в четыре подразделения ЛНР и ДНР, еще коптеры, рации, тепловизоры, бронежилеты. И все это мы смогли сделать благодаря русским людям. Пожертвования у нас от 10 рублей до 900 тыс. рублей, - рассказывает Артем.

"Мы" - это объединенная писательская группировка "Смертельная русская речь": Анна Долгарева, Александр Пелевин, Мршавко Штапич, инструкторы и спасатели.

- Мы делаем простые рутинные вещи, которые спасают жизни. Хотим и дальше этим заниматься, - рассказывает Артем.

Из полевых заметок Штапича о людях, которым они помогают:

Крестик, 20 лет. "В феврале настоял, чтоб семья уехала из Донбасса в Россию. Все 8 лет они терпели, жили, а тут - стало слишком опасно. Семью уговорил, а сам вернулся и пошел служить в батальон резервистов медиком.

Говорит, что до последнего не знал, как будет реагировать на раненых и убитых товарищей. Как сам себя покажет - не знал. Там, под Марьинкой, впервые оказал помощь раненому. А группу эвакуации накрыло минометом. И вот - двое погибли, шестеро ранены. Всего восемь или девять раненых в первый день".

Барм, 50 лет. "Рота получается уникальная: целый полковник во главе. Конечно, стрелки в основном за 40 лет. Младшему - 28. А Барму это нравится: "Хорошо, что молодежи нет".

Почему? Потому что, когда надо на ночь на позициях остаться на свой страх и риск, вызываются седые. Пожившие донбасские мужики бесстрашны. Недаром их шахтерский 109-й батальон сам себя зовет "орочьим".

Санта, 50 лет. "Нарвался на мину на задании. Потерял ногу. Через 2,5 месяца уже ходил. Вернулся в строй. Думаете, в штаб?

Нет. Опять пошел за линию фронта. И еще раз досталось - опять мина. Он опять оклемался, пристегнул новый протез и пошел топтать снова. Ранило его еще раз. К раненым бойцам ездит в госпитали - доказывает, что человека никакое увечье сломить не может".

Антон, 26 лет. "Девятнадцать раненых, медик один. Справился. Всех отработал, всех отправил. А это ведь работа для крепкой психики и холодной головы: раненых надо рассортировать на тяжелых и легких, определить, кому сразу помочь, а кто потерпит. И никого он не бросил, не сдался, вообще слабины не дал".

Аптечки и навыки

Деятельность "писательской группировки" основана на разработках реаниматолога, профессионального инструктора первой помощи Сергея Герасютенко.

В начале нулевых он разработал программу обучения навыкам первой помощи, оттачивал ее много лет, и в 2017 году был открыт Центр формирования навыков безопасности (ЦФНБ) "Рикон" с целью продвижении идеи - создать безопасное общество, где каждый человек хочет быть уверен, что в чрезвычайной ситуации он заметит проблему и сможет помочь, и точно так же в случае необходимости помогут ему.

Специалисты ЦФНБ "Рикон" вместе с представителями "Смертельной русской речи" ездят в Донбасс. Первые обучают инструкторов навыкам доврачебной помощи, вторые - помогают с необходимыми для этого приспособлениями и медикаментами.

В подготовке по первой помощи добровольческих объединений, таких как ДПСО "ЛизаАлерт", участвуют около 20 инструкторов, которые представляют "Рикон" в десяти регионах России.

- Навыкам оказания первой помощи мы обучили больше 6 тыс. желающих в Москве. Сейчас развиваются еще и региональные подразделения ЦФНБ "Рикон", уже есть пять центров, которые обучают добровольцев, - рассказывает инструктор по доврачебной помощи Евгений Лапочкин. - Курс построен на тройке: картинка, действие, результат.

Мы демонстрируем картинку "как это бывает", фото и видео различных травм. Показываем, как оказать помощь. А результат курсант видит сам при помощи оборудования. Такой алгоритм обучения помогает освоить навык намного лучше, чем объяснения на словах.

Люди, которые прошли обучение, применяли знания и обеспечивали инструкторам обратную связь: какие методы работают, какие нет, что нужно менять. Постепенно 80% курса заняли практика и уникальные приемы. С 2012 года появился инструментальный контроль работы с кровотечениями.

- Есть аппаратура, которая придумана для школьных уроков биологии, производство компании "Учтехприбор". Она визуализирует наличие пульса.

Для нас это палочка-выручалочка, мы теперь четко видим при отработке навыков остановки кровотечений, когда пульс есть, когда его нет. Мы использовали и медицинские приборы, они подтверждают точность данных оборудования, которое используем мы, - рассказывает Евгений.

Еще несколько лет назад Евгений и Сергей ездили вместе в Дебальцево, обучали персонал госпиталя, работали с подразделениями.

- Там, где жизнь человека подвергается опасности, нужны простые и эффективные приемы. Нужно научить так, чтобы у человека получилось, - это главное. Скомплектовать аптечку несложно, но без навыков это абсолютно бесполезная вещь.

Сейчас мы обучаем инструкторов, которые в свою очередь учат бойцов работать с тем, что есть в аптечке.

Все это действительно работает, но это капля в море.

Состав индивидуальной аптечки, которую придумал Евгений, простой. Кровоостанавливающие турникеты, современные перевязочные пакеты, бинты, армированный скотч, декомпрессионная игла, воздуховод, маркер, ножницы, перчатки.

- Сначала это был полный рюкзак, потом мы стали убирать оттуда лишнее.

Концепция дошла до того, что есть средства первого, второго и третьего эшелонов. Первый - кровоостанавливающий турникет, который крепится в легком доступе, например на бронежилете.

Аптечка в отрывном подсумке - это быстро и удобно, второй - второй турникет и бинты. Третий - в рюкзаке, он, например, включает детскую присыпку от опрелостей или потертостей кожи. Когда у тебя есть время разобраться, где и почему некомфортно, и помочь себе.

Практически на 90% аптечка состоит из средств, произведенных в России. На этапе разработки турникетов к команде обратилась компания "Медплант" - генеральный директор и инженеры захотели на личном опыте испытать, как работают их изделия, и прошли гражданский курс по оказанию первой помощи.

В итоге в производство пошел тот вариант турникета, который устроил всех. Для сравнения протестировали иностранные образцы. Многие оказались ненадежными: после применения растягивалась стропа, гнулся и ломался вороток.

- В Донбассе из учебного оборудования у нас есть ноутбуки и пульсографы, - говорит Евгений Лапочкин. - Мы сейчас думаем над закупкой манекенов, чтобы тренировать действия при пневмотораксе. Чтобы в экстренной ситуации человек знал, куда втыкается игла. Важно, чтобы этот навык сработал.

Из того, что мы постоянно докупаем для индивидуальных аптечек, - это турникеты, бинты, перевязочные пакеты. За лето мы съездили в Донбасс восемь раз, сейчас реже - каждый месяц.

Еженедельно на бесплатном гражданском курсе обучаются 12 человек, среди которых как добровольцы, так и просто желающие приобрести навык. На текущий момент готовятся еще представители, приблизительно для десяти других регионов.

- Люди, прошедшие курсы, говорят, что мы их "заколдовали". Они сразу начинают видеть случаи, где нужна их помощь. Есть понимание, что человек в беде, есть знания.

Без этого ты можешь пройти мимо человека и не понимать, что он погибает в этот момент, - говорит Евгений. - Мир, где люди умеют оказывать помощь, гораздо безопаснее.

Вера Костамо