Статьи

Андрей Константинов и Борис Подопригора написали одну из самых важных книг нашего времени: исторический роман «Если кто меня слышит. Легенда крепости Бадабер». И я попытаюсь объяснить, почему эта книга так важна.

Главный герой романа — военный переводчик Борис Глинский. Потомственный офицер, из касты ? в лучшем смысле этого слова ? профессиональных военных. В книге рассказано о его детстве и юности, при этом передана уникальная атмосфера жизни семей советских офицеров. Герой поступает в ВИИЯ — Военный институт иностранных языков. Это особое, элитарное учебное заведение, лучше всего подходящее для кастовой военной интеллигенции. Учёба в ВИИЯ — привилегия. О ВИИЯ вспоминается часто, на протяжении всего романа. Выпускники ВИИЯ выполняют интернациональный долг во всех частях света. Получают медали, ордена. И гибнут. И это тоже привилегия для настоящих аристократов, настоящих элит СССР: не прятать своих детей в тёплых местах, а посылать служить Родине в самые горячие точки планеты. Какое разительное несходство с умонастроениями нынешних «элит», которые на самом деле не элиты, а просто говно, привычное плавать сверху!

После окончания института Глинский в результате сложных обстоятельств прохождения службы и личной жизни оказывается в Афганистане, в составе «ограниченного контингента», то есть в действующей армии. Далее по сюжету руководство принимает решение о заброске Глинского в крепость Бадабер на территории Пакистана, где предположительно содержатся советские и афганские военнопленные. В крепости Глинский пытается выйти на связь с советской разведкой, просит помощи, но не получает ответа. И поднимает восстание. Пленные захватывают крепость и несколько часов ведут бой с превосходящими силами противника, а в конце взрывают склады боеприпасов и уничтожают крепость, лагерь и множество врагов.

Таково очень краткое и простое изложение. В романе сюжет гораздо богаче, с лирической составляющей, с персонажами, их историями и характеристиками, с конфликтами и тайнами. Книга читается на одном дыхании, увлекает, затягивает. Увы, есть и огрехи. По моему мнению, текст литературно и стилистически недоработан. Встречаются «неловкие моменты», вроде излишних и повторяющихся деепричастных оборотов и фраз «который некоторые считали», и так далее. Мне кажется, тексту не хватило хорошего редактора, который прошёлся бы с красным карандашом по листам романа. Авторам, лелеющим текст, как собственное дитя, трудно оценивать объективно и исправлять его. А беспристрастный редактор может без эмоций и сантиментов резать по живому. Обычно человек не может быть сам себе судьёй, хирургом или редактором.

По книге будут снимать фильм. И это очень хорошо. Фильм может получиться даже лучше, чем книга, так как огрехи встречаются только в авторском тексте, каковой будет заменён на видеоряд. А диалоги в романе очень хороши. Герои говорят сжато, естественно, жизненно. Если фильм снимут правильно, то он станет новым этапом отечественного кинотворчества о войне, более высоким по сравнению с «9-й ротой», картиной условной и подражательной.

Возвращаясь к книге, я повторюсь, что считаю роман «Если кто меня слышит. Легенда крепости Бадабер» очень важным, уникальным в своём роде и большой удачей авторов, несмотря на обозначенные выше недостатки. Потому что книга Константинова и Подопригоры делает главное: меняет оптику читателя, и мир после прочтения книги уже не может быть для тебя таким, как прежде.

Для меня было откровением вот что: я слышал ранее, читал, думал об этом, но только после «Бадабера» по-настоящему прочувствовал и осознал, что холодная война была не такой уж холодной. Настоящие, «горячие» войны шли и не прекращались всё это время. Малые, локальные, не вошедшие в историю, но войны. По всей планете. И везде на одной стороне были советские военные специалисты. А на другой стороне ? «советники» из НАТО. Между землёй и небом война.

И вот ведь что интересно: во всех конфликтах, которые горели и кровоточили на стыках цивилизаций, Советский Союз и социалистический лагерь поддерживали светские, довольно человечные и модернистские режимы, а страны Запада выступали союзниками религиозных экстремистов, радикалов, фанатиков, архаических племён, диких головорезов. Скажи мне, кого ты выбираешь в свои союзники, и я скажу, кто ты сам в действительности, за фасадом. СССР обвиняли в тоталитаризме, а Запад провозглашали рассадником демократии. Но по факту именно СССР нёс в страны третьего мира демократию и современную цивилизацию, а Запад внедрял архаику и выращивал террористов. Разве не так было в Афганистане?

Второе открытие: империя не имеет границ. Нет такого места на планете, которое было бы империи безразлично. В империи никто не может сказать: нам не интересно, что происходит в Тимбукту. Сейчас в мире только одна империя ? США. И мы видим, что весь мир — «зона жизненных интересов Америки». Они не стесняются заявить свои права на любой территории и применить силу везде, где считают это нужным. А раньше была вторая империя ? СССР. И мы, Советский Союз, тоже имели свои интересы повсюду и готовы были их защищать. Так в мире поддерживался баланс.

Да, но и напряжённость! Напряжённость поддерживалась — скажут пораженцы. Те, кто решил уйти сначала из Афганистана, а потом и отовсюду. Была такая версия: конфликты в мире из-за противостояния советской и американской систем. Не будет противостояния — и конфликты сойдут на нет. И вот мы сдались. Лишь бы не было войны. Ушли отовсюду и признали своё поражение везде. И что? Войны прекратились?

А? Я спрашиваю. Подумайте. Посмотрите вокруг внимательно. Хватит ли у кого-нибудь совести или безумия сказать, что после капитуляции СССР, после полной и безоговорочной победы капиталистического лагеря войн в мире стало меньше? Ответьте нам, пораженцы!

Мы ввели танки в Прагу. Боже мой! Какой, б***, ужас! Но что случилось, когда мы уже не могли никуда ввести свои танки? ОНИ СТАЛИ БОМБИТЬ БЕЛГРАД!!! Стали сбрасывать бомбы в самом сердце Европы! И впервые после 1945 года вновь поднялись в небо со смертельным грузом в бомбовых отсеках самолёты люфтваффе — ВВС Германии! Никто не подумал о том, что при живом СССР они не посмели бы сделать такое? О том, что только потому мы вводили свои танки, поднимали свои самолёты, отправляли свои корабли и подводные лодки за тысячи морских миль, только для того, чтобы самолёты люфтваффе НАТО не смели бомбить мирных жителей нигде на планете! Мы были единственной силой, которая сдерживала Фенрира алчных западных «демократий». А теперь Советского Союза нет. Значит, всё позволено.

Третье откровение «Бадабера»: величие страны оплачено кровью героев, зачастую безвестных и безымянных. Жертвы неизбежны. Но они не бесполезны, не бессмысленны, нет!!! Пожарный гибнет, спасая людей из горящего дома. Может, ему не стоило рисковать? Зачем начальник расчёта отправил его в самое пекло? Также и военный гибнет, спасая от войны мирное население. Иначе не дано.

Помните, перед началом перестройки было вот это вполне понятное по-человечески, но гниловатое, по сути, настроение: ах, зачем наши мальчики гибнут в чужих горах! Какое нам дело до Афганистана! Пусть наши мальчики вернутся домой! И когда наши мальчики, те, кто выжил, вернулись домой, все были рады: наконец-то закончилась бессмысленная война! Теперь заживём счастливо! И лишь некоторые с сомнением и подозрением смотрели на оставленные горы: что теперь там и как нам аукнется?

Если бы у меня хватило терпения и таланта, я написал бы фантастическую повесть, которую назвал бы, например, «Застава». О том, как на далёкой заставе, в сотнях вёрст от родных городов и деревень, служит дружина, «ограниченный контингент». А места вокруг чужие, дикие, непролазные. Полно всякой нечисти. Налетают на заставу драконы, нападают вурдалаки, колдовские змеи норовят пролезть, ведьмы насылают мор, оборотни у ворот трутся, чудовища идут приступом. И каждую смену наполовину ли, на треть редеет дружина. И везут домой, матерям и жёнам, только деревяные гробы, а в гробах то, что осталось, или горсть земли с заставы, если ничего от дружинника не осталось. И вот решает «гражданское общество» упразднить заставу, отозвать «ограниченный контингент». Уходит дружина, оставляет крепость пустой, а чудовищам дают «коридор». Теперь у нас «мир» будет. Дома дружину встречают улыбками и цветами, невесты плачут от радости, репортёры на берёзовой коре пишут об окончании политики военного вмешательства в дела суверенных территорий, об открытости, согласии и сотрудничестве с соседями. Года, однако, не проходит, как все чудовища, оборотни, вурдалаки, бесы, людоеды, разбойники, призраки, хищники и ядовитые змеи приходят в города и деревни, чтобы всласть потешиться над беззащитными людьми, выпить кровь и сожрать плоть и матерей, и жён, и невест, и малых детей, и стариков, и самих богатырей, разделённых и безоружных.

К сожалению, мы живём не в вегетарианском мире. Здесь всегда была и ещё долго будет война. И политика империи в том, чтобы сдерживать врага на дальних подступах. Удерживать хаос, распад, агрессию подавлять в зародыше. Иногда солдаты империи гибнут так вдали от Родины, и кажется, что ради ничего. Но это иллюзия. Солдат империи никогда не погибает зря. Своей гибелью вдали от Родины он спасает сотни и тысячи людей, спасает свою землю от войны. Понимаете, война всё равно будет! Если мы не захотим или не сможем удерживать её вдали от наших границ, война войдёт в наш дом.

Разве не это мы увидели, когда вывели свои войска отовсюду? Разве не обрушились на нас полчища вурдалаков внутри нашей страны? Разве мирные граждане в мирных городах не стали жертвами взрывов? Разве непонятно, почему такого не было и не могло быть в советское время? Потому что заставы на дальних рубежах. Крепости. И герои вдали от Родины. И это вовсе не «расточительная политика», «бесполезная и бессмысленная поддержка социалистических режимов» и так далее. Это плата за величие. И за спокойствие собственных граждан. Для того, чтобы советские граждане могли не бояться взрывов домов, бомб в метро, захвата в театре, воины держали оборону на дальних заставах.

Разве не это доказала нам Америка? После террористической атаки 11.09.2001 в Нью-Йорке — что сделали американцы? Ограничились ли они усилением режима безопасности внутри собственной страны? Нет. Они стёрли с лица земли Ирак. Они ударили по тому же Афганистану. Они показали всему миру, что готовы уничтожить кого угодно и где угодно в каких угодно количествах и с какими угодно последствиями, но не допустят переноса войны и военных рисков на собственную территорию.

А мы слёзы льём и пожёвываем сопли, не излечившись ещё от трусливого пацифизма. Песенка была популярная, у рок-певца по кличке Чиж, вы знаете: «так найдём же, блин, куда ввести войска». С эдаким отрицанием. Зачем нам, мол это. И солдат в финале песни «стрельнул в себя и больше ни при чём». То есть самострел, дезертирство путём самоубийства. Вот так и все мы, весь Советский Союз, стрельнули в себя и больше ни при чём. Но война не закончилась, война продолжается. И война так устроена, что если ты — не воин, то ты — жертва. Вот и всё, вот и вся любовь.

Если предельно конкретно о том же самом Афганистане. Что случилось после того, как мы сняли свои заставы?         
1) В самом Афганистане победили исламисты, которых потом победили ещё более радикальные исламисты, по-просту говоря, террористы. Афганистан стал базой для международного терроризма, и американцам пришлось самим воевать в Афганистане против тех же самых ублюдков, которым они помогали в войне с шурави, с советскими. То есть американцы пришли в Афганистан делать ту же самую работу, которую не дали сделать шурави, потому что она, эта работа, всё равно была исторически и цивилизационно необходима. Впрочем, у американцев получилось не лучше, чем у шурави.
2) Наркотрафик отвратительно вырос. Героиновая наркомания распространилась, в том числе и во всех бывших странах СССР. Сколько молодых людей умерло и умирает у нас от афганского героина, никто не знает. Но наверняка гораздо, гораздо больше, чем боевые потери ограниченного контингента. И если всё равно суждено умереть, то не лучше ли погибнуть с автоматом в руках, в воинской славе, исполняя интернациональный долг, чем сторчаться и умереть на грязной игле, позорной смертью наркомана?            
3) Радикальный ислам, то есть терроризм, освободил руки для «работы» на Северном Кавказе. И те же самые вдохновители и финансовые источники джихада, что действовали в Афганистане, теперь провоцировали войну в Чечне и террористические акты в России.
4) В Средней Азии после развала СССР начались войны. Гражданские, клановые и религиозные. Мы, в России, мало знаем об этих войнах. Азию от нас как отрезало, мы даже не слышали, что там происходит. Но войны были ужасными. С огромным количеством жертв. И «афганский» фактор в них неизбежно присутствовал.

Снова вернёмся к роману. По тексту видно, что авторы прекрасно знают всё, о чём пишут. Но не надеясь только на собственный опыт, тщательно работают с источниками. Они сами говорят про «двести версий на четырёх языках», которые они изучили, прежде чем составить книгу. Я, пожалуй, не знаю другой такой книги, сопоставимой по глубине и насыщенности документальной правды, которая художественными методами переплавляется в абсолютно убедительные и достоверные образы.

И я верю в то, что всё было именно так ? там, в Бадабере. Что шурави и афганские союзники подняли восстание. И захватили крепость. В надежде, что им помогут, что Родина помнит о них, Родина спасёт. Но если и нет, тогда всё равно, чтобы умереть правильно. И я верю, что именно так, просто и мужественно, сказал советский солдат Василий Пилипенко: «Слышь, капитан. Ты не думай, мы ж не с претензией. Даже если что не так выйдет — оно всё равно лучше, чем живьём гнить… Хоть душу отвели…» Душу отвели восставшие изрядно. По задокументированным сведениям, счёт уничтоженных душманов шёл на сотни. Тогда как пленных было гораздо меньше. В романе их, восставших, тринадцать.

Они выполнили свой долг перед Родиной. Вот только Родина… Мы дезертировали посредством самоубийства и предали своих союзников, обрекли на смерть. Мы признали своё поражение. Но этого было мало! НАС НАУЧИЛИ СМОТРЕТЬ НА НАШУ СОБСТВЕННУЮ ИСТОРИЮ ГЛАЗАМИ НАШИХ ВРАГОВ! Это последнее и самое страшное поражение.

Поэтому так важна хорошая, честная, сильная книга о Бадабере. Мы возвращаем себе свою Родину, свой взгляд на историю. Возвращаем себя.