Статьи

Светлое Христово Воскресение для православных христиан праздников Праздник и Торжество торжеств. Ничего выше этого дня в жизни христианина нет и быть не может. Иисус Христос, Бог Сын, второе Лицо Пресвятой Троицы, пришел на землю, Сам принес себя в Жертву на Кресте и на третий день воскрес из мертвых не в переносном смысле, не как призрак или вдохновляющий образ, а буквально, в Своем собственном Теле.

А перед Самопожертвованием установил величайшее Таинство Своей Плоти и Крови – Святую Евхаристию, физическое, телесное причащение как пищи верным, сотворенной из Самого Себя.

На ежедневном совершении Таинства Тела и Крови Христовых стоит мир в самом буквальном, даже естественнонаучном смысле.

Мир сотворен как Саможертвоприношение. Арийский мир через Веды знал о первоприношении первочеловека – Пуруши, памятью которого стали жертвоприношения, совершавшиеся варной брахманов. В Библии рассказывается о том, что открывшийся Аврааму единый и единственный Бог потребовал от него жертвы собственного сына Исаака, но смилостивился за веру праотца еврейского народа.

Авраам повиновался, а значит, он знал, что на жертве стоит мироздание. Оно было до него и оставалось после него. Таков же был и античный мир. Гераклит говорил, что боги живут смертью людей, а люди – смертью богов. Жертва – основа всех изначальных традиционных наук.

К Жертве в истории до Христа нельзя подходить моралистически. Совершая жертвоприношение, люди знали о бессмертии. Жертва не убийство в современном понимании, хотя убитые воины тоже рассматривались как Жертва. Жертвы совершали жрецы или царь (на войне по его приказу).

Человеческие жертвоприношения, а ими полон и современный мир, который только их скрывает, – следствие прародительского греха, как и другие свойства падшего человеческого естества, его страсти, из коих каждая обоюдоостра. Но сегодня бесчисленные «скрытые жертвоприношения», например «гуманитарные бомбардировки», лишены даже и того, что было в «язычестве».

Древний человек знал о бессмертии, а сегодня не только «забыл», но и прямо направляет жертву в область небытия и ад. Не будем забывать о том, что на следующий день после Пасхи мы будем молитвенно поминать жертв всесожжения, совершенного в Одессе, совершенного по приказу тех же самых, которые приговорили Иисуса Христа.

Если язычник при всем том делал все, чтобы сберечь душу того, с кем прощался, то распинатели Христа и их нынешние наследники именно души пытаются при своих действиях «аннигилировать». Это уже даже не космогоническая жертва, а прямое и грязное ублажение Князя века сего. Вот что такое «работа вражия», от которой Христос нас избавил. Все остальное вторично, хотя и важно.

Мир стоит пролитием крови. Вопрос только в том, какой. И для чего.

Поэтому даже если отвлечься от прямой современной мерзости, мы настаиваем на том, что, в отличие от «жертвы снизу вверх», жертвы «человеко-человеческой», Христова Жертва  свыше. Она Богочеловеческая. «Бог стал человеком для того, чтобы человек стал богом» (Св. Афанасий Великий).

Он принес в Жертву Самого Себя, причем это была Жертва всей Пресвятой Троице, одновременно даваемая при этом «в снедь верным», как и архаические жертвы. Перед нами не хлеб и вино, а подлинные, истинные Тело и Кровь. Хлеб и вино установлены по нашей немощи, хотя эти вещества действительно ближе всего к изначальной «первоматерии» Творения, уже изведенной «от не-сущих».

Через Евхаристию человек становится Новым (он же первый) Адамом, до грехопадения. Для того, кто принял Христа, крестился в Него и облекся, более не нужны никакие жертвы, кроме Самого Спасителя. Мы – свободны.

Воскреснув на Кресте, Христос явил, что всем, кто будет пребывать в общении с Ним через Его плоть и кровь, он даст и вечную жизнь, и вечное спасение. Дело не в частоте пребывания в Таинстве, а в его качестве, в понимании того, что произошло. Хотя дисциплинарные требования духовного отца, в том числе о частоте, надо соблюдать. Как и Сам Христос соблюл «всякую правду».

Отдав Себя в снедь верным, сойдя во ад и разрешив узы окованных, Христос воистину воскрес, смертию на смерть наступи и гробным живот дарова. Все уже произошло, но мы увидим это чуть позже, просто потому, что сами пока еще погружены в падшую временную стихию.

Воскресший Христос строит через Своих апостолов Свою Церковь – место, где Божественное Саможертвоприношение пребывает непрерывно. Для тех, кто в Церкви, все уже совершено, смерть попрана. Хотя внешне ее и придется пройти, как и само Таинство мы принимаем все-таки через земные вещества, впрочем, и здесь кто как, преподобный Сергий Радонежский, например, – под видом огня.

Но и это определяется тем, насколько мы именно в Церкви, насколько верим в Его Воскресение, в Его к нам милость и в Приснодевство Его Матери, нашей пред Ним Заступнице и принявшей Его в сошедшей на Нее полностью и неделимо Духе Святом, истинном и животворящем, иже от Отца исходящем.

Для тех же, кто не принял всего этого, кто не в Церкви, остаются в силе законы ветхого мира, он подвластен смерти, забвению Бытия, собственно, двойственного – Бытия вне грехопадения Адама и Евы сперва, и затем бытия «фундаментально онтологического»,  ведического (то есть до-«языческого»), досократического, доконфуцианского.

Во Христе Воскресшем мы свободны от всего этого и имеем дело с Бытием (Его Бытием) напрямую. Насколько это для нас полно, зависит от нас самих. Православная молитва, аскетика, исихазм открывают здесь наиболее прямые и полные возможности, хотя бывает и «прямой удар» благодатью – как у Разбойника, у святой Марии Египтяныни, у всех мучеников.

Мир пока что разделен на Церковь и Не-Церковь. Поэтому позже, когда Церковь потребовалось защищать, была Божиим Промыслом создана, точнее преображена из прежней, Православная Империя, где Император становится во главе «внешних дел». Он же и «образ одушевлен» Христа, а священство – образ Его апостолов. Промыслом Божиим Имперская миссия в последние века была возложена на Русских Царей и Русский народ. Это объективный факт.

Екатеринбургская Жертва Русского Царя в 1918 году была образом Христовой Жертвы, и в этом (а не в совершенных или не совершенных Государем политических действиях) смысл последнего Русского Царствования, которое, по обещаниям наших святых, начиная с преподобного Серафима Саровского, должно быть восстановлено ради посрамления «мирового самозванца» антихриста.

Мы уповаем и на восстановление полноты нашей Русской Православной Церкви, на воссоединение тех, кто принял происходившие в ея истории изменения, и тех, кто по-прежнему стоит «за единый аз» древлего благочестия. Единство Имперское, государственное и церковное сегодня – единая задача.

Как может быть только одна Империя, так может быть только одна Церковь – скажем, перефразируя германского мыслителя. Историческая миссия и Русской Церкви, и государства, и народа – донести наследие Христово до Его Второго и Славного Пришествия, когда произойдет (если смотреть «оттуда», оно уже произошло) Его Второе и славное Пришествие.

Христос Воскресе! – Христос посреде нас.