Статьи

Владимир Владимирович смотрится очень солидно, почти всегда на уровне приглашённых высоких гостей или даже выше, спокойнее, мудрее, но в конце своей программы – куда что девается – вдруг скажет что-нибудь от себя, и тут хоть святых выноси. Он и выносит...

Недавно главный интервьюер Первого канала беседовал с ректором ВШЭ Ярославом Кузьминовым, который убеждал его, что нынешняя система образования на порядок лучше советской, и, кажется, убедил, а в конце программы оба наперебой декламировали «Евгения Онегина», наслаждаясь предельно циничным внутренним монологом пушкинского героя.

В. Познер:

...Но, боже мой, какая скука
С больным сидеть и день и ночь,
Не отходя ни шагу прочь!

Я. Кузьминов (вступая, слегка перевирает хрестоматийный текст):

Какое гнусное коварство
Полуживого забавлять...

Хором:

...Вздыхать и думать про себя:
Когда же чёрт возьмёт тебя!

Неспроста дело дошло до стихов: в «прощалке» тележурналист заговорил о русской литературе.

«Я точно не знаю, кому принадлежит фраза «на патриотизм стали нажимать – видимо, проворовались». Кажется, моему любимому Салтыкову-Щедрину, но не могу сказать, откуда она; тем не менее гениальная и применяемая не только к самому патриотизму, но, по сути дела, любому проявлению так называемой любви к отечеству, которое на самом деле является ложным и лицемерным.

Например, к обвинениям в русофобии фильмов, театральных постановок и просто высказываний, которые – тут ещё одно замечательное вполне вранливое определение – чужды нашим ценностям.

Я попытался составить кратенький список ряда русских классиков, которые, если бы они сегодня вышли со своими творениями, совершенно точно подверглись бы обвинениям в русофобии.

Конечно, Лермонтов со своим «Прощай, немытая Россия»…

Тут остановимся и порадуемся тому, что наши усилия не пропали даром – мы не раз писали о «гениальной» для каждого либерала фразе якобы Салтыкова-Щедрина про «патриотизм и проворовались».

У Щедрина этой фразы в полном собрании сочинений нет. Как нет никаких свидетельств, что он когда-либо её произносил, – скорее всего ему её приписали, чтобы, опираясь на авторитет великого сатирика, связать намертво «так называемую» (для телеведущего) любовь к Отечеству и банальное воровство, то есть изгадить понятие патриотизма.

Кто автор этой приписки, неизвестно. Ясно, что если бы она принадлежала, например, Жванецкому или Новодворской, то так бы не «стреляла». Однако доподлинно известно, кто навязал России другое авторство.

Многие не знают или не хотят знать, что якобы лермонтовский стих «Прощай, немытая Россия...» через 30 лет после смерти поэта обнародовал друг Герцена Пётр Бартенев. Никаких доказательств авторства Лермонтова (свидетельств современников, автографа или хотя бы прижизненных списков) нет. Об этом мы тоже не раз писали.

Так что Лермонтов в «списке Познера» отпадает – он за Россию воевал, а ненавидел жадную толпу стоящих у трона.

Далее.

…Лесков, автор «Леди Макбет Мценского уезда». Его бы обвинили не только в русофобстве, но и в склонности к порнографии и клевете на истинно русские ценности….

«Русофобство и клевета на истинно русские ценности» у Лескова? Порнография там может привидеться только тому, у кого к ней есть склонность.

А писать можно обо всём: о прекрасном и ужасном, высоком и низком, о грехах, пороках человека и общества, чем собственно великая русская литература всегда и занималась, – всё дело в том, как писать. В том числе об интимных отношениях.
Как автор «Левши», «Соборян» и «Очарованного странника» или как Владимир Сорокин в «Голубом сале». Надо отличать художественное от нехудожественного, порнографию от непорнографии.

За «истинно русские ценности», которые Николай Семёнович бесстрашно отстаивал, тогдашние либералы (а, разумеется, не православные активисты) травили его, как никого более. И не надо путать постановку оперы Д.Д. Шостаковича по повести Лескова, запрещённую в 30-е годы, с «Тангейзером» (если телеведущий намекает на обвинения в порнографии новосибирской постановки).

…Льва Толстого я даже не трогаю, его – само собой: всё-таки его отлучили от церкви...

О Толстом, если бы он «вышел со своими творениями сейчас», говорить вообще странно, потому, наверное, В.В. и не назвал ни одного из его произведений, которое могло бы подвергнуться обструкции патриотов. А что касается духовных исканий гения и конфликта с православием, приведшем к так называемому отлучению, то атеистам трудно судить «о прельщении гордого ума» и «отпадении от церкви» великого Льва Николаевича.

Однако я не знаю случаев, чтобы в наше время в России травили писателей за «отпадение». У нас ведь свобода совести, жаль только, что её у многих нет. Я имею в виду не только «девушек» из Pussy Riot, «проталкивающих европейские ценности» путём публичных совокуплений в музее, хулиганства в храме и прочих святотатств.

А они в «прощалке» были продолжены.

…Достоевский с его «Братьями Карамазовыми» и рассказом о том, как святой человек, старец Зосима начинает разлагаться и пованивать после трёх дней лежания в гробу, подвергли бы уничижительной критике за искажение самого духа русского человека, а уж за повествование о великом инквизиторе и вернувшемся на землю Христе так называемые православные активисты объявили бы Достоевскому священную войну…

Про старца Зосиму в романе Достоевский всё объяснил сам (учите матчасть, как говорили на некогда популярной радиостанции). А что касается великого инквизитора, в монологе Ивана Карамазова речь идёт о средневековой католической Испании, и претензии к писателю могут возникнуть только у католических «активистов».

А если бы вдруг Достоевский появился со своими творениями в сегодняшней Москве, не «православные хоругвеносцы», и даже не иезуиты, а известный нанореформатор «разорвал бы его на куски», в чём как-то признался Анатолий Борисович. Верующие же русские люди, которых, кстати, много и в научной среде, вполне могут повторить вслед за Альбертом Эйнштейном: «Достоевский дал мне больше, чем любой мыслитель».

В этот список следовало бы добавить Чехова с его полными пессимизма «Вишнёвым садом» и «Тремя сёстрами». Ну и великого сатирика Зощенко...

Всякие критики и обвинения в русофобстве и проталкивании чужих русскому человеку ценностей есть не что иное, как напирание на патриотизм.

И в самом деле, видимо, проворовались».

Насчёт «пессимизма» Чехова в помянутых драме и комедии, за что его, появись они сейчас, зачислили бы в русофобы, то у тележурналиста какие-то застарелые сведения. Я бы посоветовал ему съездить в Мелихово или отправиться по маршруту «пессимиста» на Сахалин – уж больно примитивный взгляд у него на великого писателя и гражданина Антона Павловича Чехова.

Явись он сейчас? Да откуда? С 90-х у нас чеховых «отстреливали (немногие уцелели) на ближних подступах» к экрану, театру, издательствам, настолько всё там проросло-заросло «протолкнутыми чуждыми ценностями», настолько провоняло чужебесием – уже давно «в нашем доме пахнет воровством». А если появится что-нибудь стоящее, то его постараются замолчать, изолгать, уничтожить, потому что появление настоящего – угроза существованию «ложного и лицемерного».

«Любимому Салтыкову-Щедрину», «великому сатирику Зощенко» – всем «новым Гоголям» сейчас «явиться» очень трудно – они враждебны тому положению вещей, что сложилось в искусстве, и смертельно опасны тем деятелям, которые под флагом, на котором начертано: «Патриотизм – последнее прибежище негодяев», разбогатели в 90-х, а теперь финансируют разнооборазные фестивали и премии, решая, что плохо, что хорошо, что талантливо, что нет, что поддержать, что подтолкнуть к пропасти.

Так кто вранливый, кто и когда у нас проворовался?

По-настоящему в России ещё и не «напирали на патриотизм». И пока ещё очень мало сделано в сфере культуры, только начали распределять бюджеты, ещё только ищут исполнителей для патриотических проектов (как правило, находят среди бывших либералов – патриоты работают не ради денег). Но всё же теперь государственные средства не идут так откровенно на финансирование антигосударственных проектов.

Этим можно объяснить коварные, но, слава богу, неуклюжие попытки испачкать «государствообразующих» русских классиков и столкнуть их с патриотами нынешней России.